— Мой отец не палач. — Через плечо обернулся Арт, к которому вернулось самообладание. — Поэтому не лгите, ваше величество. А что делать, его темнейшество Эринальд решит сам.
И нырнул куда-то мимо Рена, скрываясь за дверью. Вот проходимец! А меня разбираться с последствиями оставил. Очень злыми последствиями.
— Эрин, ну зачем тебе этот фейри? — устало спросил Энтареаль. — Он уже чуть не довел тебя до смерти. В следующий раз сделает это наверняка.
— Мы прибыли сюда вместе. Я не дам его убить, — ответил эльфу. — А теперь извините, ваше величество Ренарен, время вашего визита истекло. И раз нам предстоит путь до столицы Демониума, я предпочел бы отдохнуть от вашего присутствия. Элион, Кай, завтра утром мы выезжаем. Не хочу ни минуты оставаться в этом проклятом месте.
— Как прикажешь, — усмехнулся Энтареаль.
Я же пошел искать Арта, пока расстроенный фейри не натворил того, за что нам обоим снесут голову. Как найти фейку в огромном замке? Пустить по следу шишигу. Шун унесся куда-то вперед, взлетел по лестнице, затем снова ухнул вниз, и мы очутились в крыле, которое даже с виду казалось заброшенным. И зачем Арта сюда понесло?
Шун настойчиво ломился в одну из дверей. Я подхватил малыша, пересадил на плечо и толкнул тяжелую створку. Комната, которая находилась за ней, выглядела едва ли лучше камеры. Пустой деревянный стол, узкая кровать, стул. Арта я даже сразу не заметил — окно было заколочено, а фейри забился на подоконник за занавеску. Его тянуло к подобным нишам. Комплекция позволяла.
— И что ты здесь забыл? — спросил у почти невидимого фейри.
— Эрин, уйди, пожалуйста, — донесся глухой ответ.
— Еще чего. Если ты по поводу печати, не беспокойся — как только очутимся в Тервине, я тут же её сниму. Мне не нужен раб. Но и твой труп не нужен.
— Я не беспокоюсь. Просто хочу побыть один.
— Фейка, в чем дело? Лучше скажи сейчас, чем когда нас в следующий раз будут убивать, — потребовал я.
— Боюсь. Просто боюсь, Эрин. Я — ничтожество. Не могу справиться с собственными страхами. Ненавижу эту страну. Ненавижу демонов. Ненавижу себя. Мир весь тоже ненавижу. И умереть страшно, и жить тошно. Вот, тебя втянул в неприятности. Знал ли я, что этим закончится? Знал. А ты опять мне помогаешь. Зачем? Король правильно сказал — такие, как я, не должны существовать.
— Ренарен — высокомерный индюк, который вообразил себя соколом, Арт. — Сложно было разговаривать с пустотой. — А ты — всего лишь растерявшийся полудемон, полуфейри. Насколько ты младше меня?
— Намного, Эрин. Но для фейри это ничего не значит. Фейри — вечные дети. Так что повзрослеть мне не грозит. Хуже то, что моя демоническая половина иногда берет верх, и… Это игры с рассудком. Моим и окружающих. Я знаю, что надо остановиться — и не могу. Это сейчас она почти спит из-за крыльев. Или из-за печати. А когда проснется? Все так запуталось…
— Распутаешь. А теперь выбирайся из этого рассадника паутины. Мне здесь жутко. Твоя комнатушка?
— Да, хотел забрать пару вещиц. — Фейри все-таки выбрался на свет. Его глаза все так же лихорадочно блестели зеленью, но будто стали темнее. Магия усваивается?
— Забрал?
— Конечно.
— Тогда идем.
В коридоре сразу почувствовал себя лучше. Будь я уверен, что магии хватит хотя бы на защиту, уехал бы уже сегодня! Но вообще, я ощущал себя странно. Как будто свет вдруг стал сильнее, и чувствовался так же ясно, как и тьма. Арт шагал рядом, не глядя под ноги. Пару раз чуть не упал носом на ступеньки лестницы. А я пытался его понять, но эта задача была мне не под силу. Увы! Зато теперь Арт ответственность за свою жизнь переложил на меня.
Глава 27. Властелин собирается в столицу
Остаток дня мне было чем заняться. Убедившись, что Арт заперся в моей гостиной и не собирается показывать оттуда нос, я попросил Шуна присмотреть за неугомонным фейри, а сам отправился разыскивать рассыпавшихся по замку друзей. И если с большинством все было просто, то Лави пришлось поискать. Наариэн намекнула, что её внук может быть на конюшне. А у меня возникли подозрения, что эльф просто меня избегает. Почему? Потому что со времени встречи мы не перекинулись и парой слов. И это Лави! Самый болтливый среди моих товарищей.
Бродить по замку Лейфера в одиночестве было неуютно, поэтому, когда я шагнул на залитую зимним солнцем дорожку, ведущую к конюшням, жизнь показалась не такой уж скверной, а мир — светлым и прекрасным. Как и предполагала Наари, её внук о чем-то шептался с Мраком. Кошмар слушал его, опустив голову на плечо. Значит, сочувствовал и сострадал, иначе Лави ловил бы Мрака по всему двору.