— Арт, ты как, живой? — спросил хрипло.
— Жить буду, — едва слышно ответил тот.
По лбу Эрриона градом катились бисеринки пота. Нелегко было всем. Но нужно собраться. Нельзя останавливаться на достигнутом. Я снова призвал свет — и потянулся ко второму крылу. На этот раз было сложнее. Я устал. Заклинание то и дело срывалось. Арт тихо шипел от боли.
— Эрин, ты не справишься, — проговорил Энтареаль. — Давай я позову Наариэн. Вдвоем…
— Нет, я сам, — гаркнул на эльфа. Свет на мгновение вспыхнул. Арт вскрикнул и едва не осел на пол, но крыло вросло, как влитое. Получилось! Я отыскал руками точку опоры — ею стал стол — и замер, пытаясь отдышаться.
— Все? — Арт чуть обернулся, повел крыльями. Они заискрились переливами радуги — и вдруг фейри исчез.
— Начинается! — прошептал Эррион. — Арт, ну что за глупости?
Но Арт его не слушал. Я чувствовал его передвижения по комнате только благодаря печати. Надо же, Арт умеет становиться невидимым!
— Арти, хватит дурачиться, — сказал в пустоту.
А на дверь уже обрушился грохот ударов.
— Эринальд, открывай немедленно! — Потребовал Ренарен. — Ты что там творишь?
Фейри появился рядом со мной, уже одетый и без крыльев. Видимо, каким-то образом их можно прятать. Только тогда Энтареаль опустил щиты, и дверь открылась. Ренарен ворвался в комнату в сопровождении стражи. И, конечно же, кинулся ко мне.
— Что это было, Эринальд? — спрашивал он.
— Всего лишь моя магия. — Я развел руками. — Зато могу тебя обрадовать — мы сегодня же покинем Демониум.
— Слава тьме, — пробормотал Ренарен. — А что с фейри?
Я обернулся. А что с фейри? Арт как Арт. Только глаза стали зеленее. Присмотрелся к магическому ореолу — н-да… Может, надо было спросить «а что с демоном»? Потому что перед нами был именно демон. Багровая аура, только с вкраплениями зеленого. Занятная расцветка.
— С ним все в порядке, — заверил Ренарена. — А теперь извини, что-то я проголодался. Идем, Арт. Кажется, мне нужен второй завтрак. (1bd23)
И потащил фейри вон из комнаты. Пусть Ренарен пытает своего подчиненного! А нам с Арти тут делать нечего. Лучше и правда перекусить — кажется, утренней еды было мало. А чувствовал я себя так, будто всю ночь то ли сражался, то ли танцевал на балу.
— Спасибо, Эрин, — донеслось из-за спины.
— Я всегда держу слово, Арти, — ответил, не оборачиваясь. — Но клянусь! Это — последнее обещание, которое я тебе дал.
Глава 32. В гостях властелину хорошо, а в Тервине?
Конечно, разбираться с фейри здесь и сейчас я не стал. А Арт казался таким довольным и счастливым, что даже мои друзья обходили его стороной. Я же мысленно уже был в Тервине. Дел предстояло много. Начиная от распоряжений, накопившихся за время моего отсутствия, до подготовки к зимним торжествам. Балы обычно длились неделю. Начинались за два дня до начала года, плавно перетекая из празднования смены года в мой день рождения. Я терпеть не мог день, когда появился на свет! Потому что для меня он был еще одним поводом терпеть многочисленных послов, гостей, людей и нелюдей, которых не желал видеть. Но в этом году я его ждал, потому что, если верить бабуле, опасность для моей жизни минует, как только исполнится сто пятьдесят один. Не то, чтобы меня сильно беспокоил этот факт, но нового свидания с ушедшими родственниками не хотелось. Не сейчас.
Последние часы в Демониуме я предпочел провести в одиночестве. Арт куда-то унесся с Шуном. Я даже не спрашивал, куда. Остальные собирались в путь. Даже старший Эррион перестал мозолить мне глаза. Поэтому я сидел у камина с бокалом вина в руке и любовался на пламя. Вечером буду дома! Больше никаких демонов с их жуткой зимой и мерзкими нравами.
В двери постучали. Я не ответил, ожидая, что гость уйдет, и зная, что никто из тервинцев стучать не будет. Но ожидания обманули меня. По полу прошелестел подол платья. Лайла? Я обернулся — и поднялся навстречу. Как бы ни так! Своим визитом меня почтила сестра Ренарена. Никак не смирится, что добыча улизнула? Кто её спугнет на этот раз?
— Здравствуйте, ваше темнейшество. — Агнесса соблазнительно улыбнулась и присела в реверансе, демонстрируя шикарное декольте. Для меня старалась?
— Добрый день, ваше высочество, — ответил я, радуясь, что и от этой дамы скоро окажусь далеко. — Что привело вас ко мне?