Внезапно появившаяся тучка заслонила свет и вкрадчиво поинтересовалась:
-Вы, бают, про Ароню спрашивали?
Я тряхнула головой, сбрасывая дрему
Глава 14
– Я и проводить могу! – мужик почесал лохматую макушку.
Грай, оглядев вошедшего, толкнул меня по ноге, пытаясь привлечь внимание. Попал, конечно же по передней правой. Как специально целился! Я заскрипела зубами от боли, но смолчала. Травник при виде моего перекошенного лица скорчил виноватую физиономию и потупился. Мужик терпеливо ждал, пока мы наиграемся в «гляделки» и хоть что-то решим. Что хотел «незаметно» донести до меня спутник, гадать, особо не пришлось. Вид у мужичка был настолько бандитский, что провожаться я бы с ним побоялась даже от крыльца до коновязи. Хотя может и осмелилась бы, но только в компании пары дюжих парней, вроде Рития. Спотыкун меня побери! Ритий! Как ни странно, о красавце-вороном я вспомнила лишь сейчас, а ведь из-за него заварилась вся эта каша! Как там они, интересно? Свадьбу, небось, уже с Мийкой сыграли. А мама…
Второй тычок, на этот раз локтем в бок вернул меня в корчму. Мужик по-прежнему ожидал ответа. Щербатая улыбка просто цвела обаянием. Не меньшее «доверие» вызывал шрам через пол-лица, сиреневый фингал под глазом и напрочь сбитые костяшки пальцев.
– Тебе, Ватька, что, плохо сказано было? Не ногой больше сюда! – за спиной нашего провожальшика, грозно хмурясь, возник охранник – А ежели не понял, я еще раз объяснить могу!
Парень предъявил для наглядности увесистый кулак.
– А я что, мешаю? – оскалился мужик, – стою себе, о деле разговариваю, к тебе не лезу.
Охраник смолчал, но от столика не отошел.
– Дык, идете, или как?
– Идем! – ответила я за двоих. – Веди к своему Ароне!
Травник поморщился, но послушно принялся собирать травки в сумку. Я топталась у двери, нетерпеливо взмахивая хвостом.
– Грай, ну идем же!
– Идем!
Парень, резко развернувшись, запустил в нашего провожатого какой-то склянкой. Тот, на удивление резво шарахнулся, но увернуться не успел. Пузырек разбился о притолоку, на Ватьку плеснуло белесым настоем. Дико заверещав, мужик бросился к травнику и, не добежав пару шагов, осыпался кучкой черного песка. По корчме пополз легкий гнилостный запашок…
– Что? Ап… – я хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыбка.
Охранник громко ругнулся, поминая Свия.
Грай устало опустился на краешек лавки.
– Пронесло, хвала ветрам…
– Аммм… – я наконец нормально вдохнула, – А что это было-то?
– Морок! – коротко отозвался травник
– Че-е-го!!? – вопль корчмаря резанул по ушам – Морок? Тут? У меня? Да это же Ватька! Ворье местное!
– Да я ему самолично, третьего дня, морду бил! – вмешался охранник, – Пожрал стервь, а платить отказался!
– При жизни был Ватька, – уточнил Грай – Не мне вам объяснять, уважаемые, что могло произойти. И на вашем месте, я побыстрей бы тут прибрал. Думаю, посетители не обрадуются, если узнают, что к вам мороки захаживают.
– А мы, конечно же, смолчим. Не будем такую хорошую корчму позорить, – вмешалась я – Тем более, кормят тут хорошо. Вот сейчас силы, на борьбу с мороком положенные, подкрепим и пойдем себе.
Корчмарь понятливо кивнул и рявкнул на испуганно выглядывающих из кухни баб: «Чего уставились!? Убрать тут быстро! И стол гостям накрыть!»
Грай, недоуменно на меня покосился.
– Мы же поели только что?
– Это ты поел, а я впрок налопаться не откажусь. И вообще, не съедим, так с собой возьмем. Или у тебя лишних денег много?
Я хищно нацелилась на появившуюся тарелку с тонко напластанным окороком.
Грай смолчал, признавая справедливость доводов, и взялся за еду.
Следующие полчаса прошли в молчании, ну если не считать за разговор солидарное чавканье.
– А капуста вкуснее той, что нам подавали. – Я сыто икнула и отерла рот тыльной стороной ладони.
– Конечно, – Грай отвалился от стола, как пиявка от добычи. – Это корчмарь, видать, собственным обедом поделился.
Парень тяжело поднялся и двинулся к стойке. Пару минут пошептался с хозяином заведения и вернулся ко мне.
– Пойдем, а то нас бабка с ночлегом уже заждалась.
Погода хмурилась, заставляя быстрее перебирать ногами по направлению к теплу и постою. Ближе к рынку улицы оживились. То и дело мимо нас проходил то груженый мешками работник, то тетка с корзиной продуктов, а то и телега с товаром проезжала.
– Слушай, Грай, я давно спросить хотела…
– Что?
– А как ты инициацию прошел? Ты же не рассказывал.
– Какую инициацию? – травник даже приостановился в удивлении.
– Ну, как какую!? Для того, что бы травником стать, говорят, надо учиться долго, а потом важный Ритуал! И что бы звери-птицы тебя лесные признали. И вообще…
Видимо, Грай очень давно от души не смеялся, потому как этому делу он предался со всем возможным удовольствием, согнувшись, держась за живот и периодически хлопая себя по коленям ладонями. Я чувствовала себя на редкость глупо, стоя на оживленной улице рядом с хохочущим во весь голос парнем.
– Ну, насмешила, ну молодец? Ритуал! Скажешь тоже! А что еще про травников рассказывают? Может у нас еще и хвостики растут, как у ведьм в сказках? Или летать мы умеем?
– А что? – я даже хвостом замахала от любопытства – И такое бывает?
Новый взрыв хохота был мне ответом. Посмеявшись, парень вытер ладонью набежавшие слезы и внимательно меня осмотрел.
– Итка! Вот говорил же уже! Не глупая ты вроде, но иногда ка-а-к ляпнешь! Бывает! И не такое бывает! Ты еще бабок на лавке у забора послушай. Там тебе и про коров летучих расскажут, и про телегу-самовозку, и про соседа магика!
Грай внезапно посерьезнел.
– Запомни раз и навсегда. Ни один ритуал за тебя ничего не решит. Все способности в жизни только от стараний зависят, ну еще немного от возможностей. Если в растениях разбираешься, мозгов хватает свойства трав и деревьев запомнить, и применить – прямая дорога в травники. Если сила рук есть, вывихи вправить сможешь и сбор трав заварить верно, значит, знахари по тебе плачут. Ну а если умения проявились, магики городские тебя признали, и влить силу сможешь, что бы рану залечить, к лекарям прямая дорога.
-И все?– я слегка удивленно воззрилась на травника – Что запомнил, смог сам сделать, так по жизни и будет? И ритуалов не надо?
– Ни каких! И волки в лесу, меня при случае не признают. Учуять – да, не смогут. Запах у травников и вправду особый. И в следах я хорошо разбираюсь, и по голосам живность знаю… – Грай запнулся и слегка покраснел, видимо вспоминая давешнего «волчня» – Но если на стаю наткнусь, поужинают мной с неменьшим удовольствием, чем обычным путником заблудившимся.
Травник приостановился, поднял голову.
Небо над Кружем затягивало серым покрывалом. Солнце все реже выглядывало из разрывов в туче, пытаясь дотянуться гаснущими лучами до земли.
-Ого! Гроза идет! – Парень покосился на растущую на востоке черно-фиолетовую полосу у горизонта. – Да еще какая!
Словно в ответ на его слова небо вспыхнуло. Росчерк молнии разрезал тучу на две половинки, следом громыхнуло так, что в курятнике по соседству загомонили куры, и истошно заорал петух. Дорожную пыль взбили первые крупные капли.
К рынку! Там навесы! – Грай махнул рукой в нужном направлении и, подавая пример, рванулся вперед.
До навесов оставалось еще пяток шагов, когда природа решила, что пора бы и начинать. Ощущение было, словно в туче образовалась дырка, и мне на круп вылилась бочка ледяной воды. Пары секунд хватило, что бы промокнуть насквозь, и под навес я вбежала в состоянии «келпи только что из озера вынырнул». Не подумав, встряхнулась, обдав сотоварищей по навесу веером брызг и заработала недовольные возгласы. Смущенно извинилась, переступила в попытке отодвинуться, вышло только хуже. Какой-то мужичок не успел убрать ногу из-под моего копыта, и атмосфера оживилась витиеватыми ругательствами, по поводу неуклюжести некоторых кентавров . На всякий случай я замерла на месте, осторожно разминая больную ногу. Передняя правая, реагируя на изменение погоды, ныла не переставая.