Вот и сейчас Сэнни наблюдала то же самое. Красный наступал, рвал дистанцию, осыпая противника градом ударов, не давая тому продохнуть и прийти в себя. Его оппонент отходил, пытался уклониться, парировал так, что сквозь стоявший вокруг гул можно было расслышать скрежет скрестившихся клинков, и безнадежно опаздывал по темпу, что не замедлило сказаться на счете.
- Стоп! – Судья поднял руку, соперники опустили клинки и разошлись на положенное расстояние.
Последовал разбор фразы:
- Атака от красного. Защита. Повторная атака – рубящий удар в бок. Балл красному.
- С трудом вас нашел в этой давке, - внезапно услышала Сэнни у себя над ухом.
Это бы он, Юст Хольгерстон. Одетый не как нобиль, а, скорее, как зажиточный ремесленник. В кожаном жилете, льняной рубашке, штанах из добротного сукна и большом берете, надвинутом на глаза. В руках он держал кулек с орешками. Как он умудрился забраться на крышу с занятыми руками? От его голоса, от одного взгляда на него, у Сэнни, как и раньше, ухнуло сердце, потом опять неравномерно бешено заколотилось. К щекам прилила и отлила кровь.
Он кинул взгляд на помост и как-то странно скривился:
- За кого болеете?
- Сейчас ни за кого. - Сэнни пожала плечами. – Синий слишком пассивный и мечется по арене как перепуганная курица, вместо того чтобы атаковать. А его противник… У меня язык не повернется назвать его действия фехтованием!
- Вы чересчур привередливы! - Юст Хольгерстон фыркнул. – Однако понимаю вас - никакого изящества и элегантности! Лезет напролом, не сворачивая, сминая и сметая всё и всех. Широкие, чуть не наотмашь удары – тем не менее, очень быстрые, мощные и точные.
Сэнни посмотрела на него слегка недовольно.
- Почему те, кто против него сражается, не воспользуются его ограниченностью и прямолинейностью, не применят чуть более изощренную тактику? Есть же масса возможностей! Достать его уколом с дистанции. Уклониться, отойти с линии и нанести ответный удар. Применить финты. Он же просто прет, как тупой разъяренный носорог!
При этих ее словах Юст Хольгерстон издал непонятный горловой звук, прыснул от смеха, закашлялся.
- Тупой! Разъяренный носорог! Постучите меня по спине, я из-за вас подавился! – Он еще раз для порядка кашлянул и поинтересовался: - А где вы, кстати, видели носорога?
- В зверинце в Шуоре. Он с разбегу раз за разом кидался на каменную ограду.
- Тут-то никакой каменной ограды нет, а его противники от такого бешеного напора просто теряются. И, поверьте, всё они понимают и планы строят. Просто против лома нет приема. Он их давит натиском, стремительностью и мощью. Посмотрите, какая у него быстрая реакция и сильная кисть - сбить его удар очень трудно. А вот защиту он легко возьмет, если надо. Пойти с ним на размен в ближнем бою – себе дороже. И ноги хорошо работают.
- Стоп! – Судья снова остановил сходку, чтобы разобрать фразу. - Атака от красного – промах. Повторные действия – удар в ногу. Балл красному.
- Может, и не совсем носорог, - как бы согласилась Сэнни. – Хотя он и голову так… чуть вперед наклоняет. Мне кажется, что ему пошло бы, если бы он рычал. Ну или издавал другие угрожающие звуки. А носороги, вроде бы, не рычат.
Юст Хольгерстон громко расхохотался, так что на них стали недовольно озираться другие зрители.
- Вы полагаете, ему чужд дар членораздельной речи? А голова нужна для извлечения устрашающих звуков? Ну и для еды, конечно.
Сэнни не удержалась и тоже прыснула. Вообще-то, приблизительно так она и полагала.
- Представьте.. - Юст Хольгерстон дохнул ей прямо в ухо – Он головой еще и думает! Иногда. И стихи сочиняет – я бы даже сказал, неплохие.
Стихи сочиняет? Поверить в это было сложно. Возможно, Юст Хольгерстон просто шутил.
- Прямолинейный – вполне подходящее слово, готов согласиться, – добавил он. - Но не тупой и не незамысловатый. Напротив, очень даже замысловатый, в некотором роде, пусть и не кажется таким. Он просто идет к цели кратчайшим путем и никакие финты ему пока для этого не требуются. Но когда понадобится, будут и финты.
Сэнни снова вперилась в своего собеседника, не в силах оторваться, чуть не прилипла глазами. Правильный овал лица, выверенные до мелочей профиль и линия подбородка… Рот – чувственный, губы не тонкие, но и не сказать что надутые или пухлые.
- Если вы надеетесь смутить меня своим разглядыванием, не получится! - Юст Хольгерстон фыркнул, картинно изломив бровь.
- А вы что - его хорошо знаете? – спросила Сэнни, пропустив мимо ушей последнюю реплику.