- Предсказания, провидение… - Юст почесал переносицу. – Вряд ли это имеет отношение к реальной действительности. Можно просчитывать - на несколько мгновений, и маги называют это предвидением. Но это ведь не настоящее предвидение! В Ангуште во Магистерском дворце есть Чаша Предсказаний, однако никто не помнит увиденное в ней… - Юст задумался. – В любом случае, нужно быть магом.
- Не обязательно самому быть магом, - возразила Сэнни. – Нужно уметь подключаться к кому-то, у кого есть магические способности. Например, к Укрощенному. Через поводок с браслетом и ошейник научиться это делать не так сложно. Чтобы совершить предсказание, необходимо сначала рассечь кожу и обмазать алтарь своей кровью, а затем… Затем на алтарь кладут Укрощенного, привязывают за руки и ноги, срезают затылочную часть черепа – там есть специальная выемка для головы…
Сэнни снова замолчала. Юст почувствовал, как на голове зашевелились волосы, а к горлу подкатила тошнота. Он не стал ее расспрашивать о дальнейших подробностях ритуала, и оба согласно обошли обсуждение этого вопроса стороной.
Сэнни осторожно посмотрела на него и предложила:
- Давай прервемся и договорим в другой раз?
- Нет, - не согласился Юст. – Рассказывай до конца, пока можешь.
- Тогда принеси, пожалуйста, еще поесть и чаю, - попросила она.
Юст не стал спорить, спустился вниз и вернулся с кашей и чаем и продолжил расспросы, как он надеялся, на более безобидную тему:
- Чем занимаются жрицы?
- Следят, чтобы в Храме всегда горел Первородный огонь, которому дали начало лучи солнца. Огонь гасят, когда заканчивается год, и зажигают новый – обязательно от солнца. Также жрицы дают Императору советы, делают предсказания, гадают…
Гадают – ага. Понятное дело, не на кофейной гуще, а на внутренностях, и хорошо, если не на человеческих. Юст представил, и его едва не стошнило.
- Жрицы имеют большое влияние в политике и, в целом, в жизни страны. Именно через них и через Высших цензоров Император общается с миром. По сути, они управляют Шуорой. Служение жрицы длится тридцать лет - сначала Первое посвящение, потом десять лет обучения. Затем Второе посвящение, после которого начинается служение в Храме. И последние десять лет жрицы проводят в школе и учат новых Предназначенных.
Сэнни снова прервалась и некоторое время молчала. Юст смотрел на нее, пытаясь считать эмоции. Но она закрылась, как ментальным щитом. Горечь, тоска, отстраненность еще просачивались слабыми отголосками, но никаких положительных эмоций он не мог ощутить, как ни старался.
- Каждые два года нас привозили в Кей-Дзё для испытания. Надо было подтверждать свое право обучаться дальше. Худшую по результатам испытаний отсеивали.
- Что значит – отсеивали? – спросил Юст, не ожидая от ее ответа ничего хорошего. – Приносили в жертву на алтаре? Вскрывали и гадали на внутренностях?
- Нет, Юст… - Сэнни умудрилась фыркнуть. – Все не настолько… ужасно. Отсеянных не убивали. Обычно они становились наложницами Императора или наследников. Но домой они больше не возвращались. Через полгода после последней проверки у меня должна была состояться церемония Второго посвящения. С которой я, собственно, сбежала. Точнее, уже состоялась… вчера.
- Как же тебе удалось сбежать?
- В школе были вовсе не такие строгие порядки – я ведь с отцом даже в Лоретто несколько раз ездила. В общем, я отпросилась домой, в наше горное имение, и, действительно, поехала туда, собрала вещи, которые мне могли понадобиться… И в результате нанялась писарем-счетоводом в торговый караван, который направлялся в Лиоренцию.
- Вот так просто?
- Возможно, мне повезло. И, кстати, путешествовать с караваном было интересно.
- Угу, - скептически буркнул Юст.
- Правда, - искренне уверила Сэнни. – Служить счетоводом в торговом караване, вести учет товарам, подсчитывать расходы и прибыль мне понравилось больше, чем быть Предназначенной.
Судя по всему, свою придумку с писарем она считала очень удачной.
- Мы путешествовали зимой и сделали большой крюк, завернув в префектуру Ал-Дар провинции Чойм-Тэл. Это в Белзейских горах, на северо-западе Шуоры, не так далеко от земель вернигов и северных племен, которые разводят оленей и живут охотой на тюленей и моржей. Там дикие негостеприимные территории, традиционное место ссылки. Еще в тех местах добывают руду и построено много сталеплавильных печей и оружейных заводов. Караван, к которому я присоединилась, был странным, и его хозяин тоже – он привез ссыльным еду, инструменты, книги, тушь и бумагу… А основным товаром была высококачественная сталь и огнестрельное оружие для лиорентийцев. Представь себе! Естественно, контрабанда, и в таком количестве! У хозяина явно имелись налаженные связи с кем-то на этой стороне границы.