- Пора, - Фиоза потерлась о его щеку, испустила сожалеющий вздох и заторопилась. - А то муж еще начнет искать.
- Да. - Юст нехотя поднялся. – Давай помогу тебе одеться и застегнуть платье.
У нее был бархатистый голос с легкой хрипотцой, белая нежная кожа и весьма страстный темперамент. Еще разок было бы неплохо, но…
Юст по-прежнему улавливал чужое присутствие: неизвестный никуда не делся, хорошо хоть это явно не ревнивый муж. Проклятье! Юсту вовсе не нравилось чувствовать себя объектом наблюдения. Он-то думал, что они с Фиозой выбрали достаточно укромный уголок для своих занятий – рядом с товарными складами, вдали от жилой части. Конечно, по особняку братьев Тривимов, устроивших традиционный для месяца фестивалей бальный вечер, сейчас бродила уйма народа, а людям свойственно шататься в самых неожиданных местах. Вот кто-то и сюда мог случайно заглянуть.
Юст завязал тесемки на штанах, перенастроился на тепловое зрение и окинул взглядом неосвещенную внутреннюю галерею, расположенную этажом выше. Странная планировка… Ну вот – в дальнем углу он углядел красную, неподвижно замершую фигуру.
Надо все-таки проверить, кто это и что здесь делает. Торопливо натянув рубашку, жилет и маску, Юст проводил Фиозу к парадному залу и сразу же вернулся. Примерившись, он подпрыгнул, ухватился за основание колонны, подтянулся и залез наверх.
Незнакомца здесь уже не было. Однако в углу Юст обнаружил маленькую винтовую лестницу, которая вела вниз. Стараясь не шуметь, он протиснулся в узкий проход и спустился в складское помещение со сводчатыми перекрытиями, заваленное тюками и ящиками. В дальнем конце горел слабый, чуть подрагивавший свет – похоже, от ручной масляной лампы. Он выхватывал из темноты крепкую, обитую металлическими листами дверь.
Сэнни
Способность двигаться вернулась к Сэнни лишь после того, как мужчина, мелькая в пятне света, накинул рубашку и жилет, захватил маску и пошел провожать свою спутницу. Тогда наконец Сэнни отмерла, зажгла лампу, добралась до винтовой лестницы и спустилась вниз.
Лестница привела ее в складское помещение с арочными перекрытиями, забитое тюками. В тюках были ковры, хлопковые и шелковые ткани и наверняка много чего еще – Сэнни в прошлый раз заглянула, но лишь краешком глаза.
Заветная дверь находилась у дальней стены. На ней были выгравированы сюжетные миниатюры в лиорентийском стиле. Настоящее произведение искусства и уйму денег стоит. Поставив на пол лампу, Сэнни принялась изучать сложный громоздкий засов, вынула из сумки измеритель, поднесла вплотную: тот слабо засветился, сигнализируя о наличии магических стражей.
В Лиоренции, за подавляющем Барьером! Излучение в том диапазоне, который почти не улавливают измерители и который Барьер гасит не до конца… Эти братья Тривимы совсем не просты!
Незнакомец возник будто ниоткуда, очутившись в колеблющемся пятне света, которое отбрасывала лампа. В простой маске без украшений, расшитом бархатном жилете поверх белой рубашки. Рубашка была шелковой, с красивыми кружевами на рукавах и вороте.
Тот самый, кого она видела недавно внизу с женщиной – Сэнни не сомневалась.
- И что там интересного, за этой дверью? – тихо и вкрадчиво спросил он, придвинувшись.
Вместо того чтобы испугаться, Сэнни смутилась и зарделась под маской. Запах его туалетной воды щекотал ей ноздри, голос звучал завораживающе, дыхание обжигало и без того горячее ухо.
- Коллекция диковинок, - послушно ответила она.
- Занятно, - пробормотал он и тоже принялся изучать засов.
- Круто сделано! – произнес он затем, поднял на лоб маску и почесал переносицу. – Не кажется ли вам, что туда проще было бы попасть… не через эту дверь? Может, есть другой вход, более доступный?
- Насколько мне известно, нет.
- Ммм, - неопределенно отозвался незнакомец, еще раз потер переносицу и повернулся к Сэнни.
Ей показалось, что его глаза светились, но потом он отступил на шаг, оказавшись снова в пятне света от лампы, и глаза стали темными и бездонными. Сэнни тотчас утонула в них, и даже не булькнула. У нее сбилось дыхание и задрожали колени, и она с трудом удержалась, чтобы не прислониться к двери. Она не могла отвести от него взгляда, сердце прыгало в груди безмозглым кузнечиком, в ушах стоял звон. Как это называется?