Итак, вызов нужно провернуть таким образом, чтобы история о шести утопленных трупах не всплыла, оставшись тайной. Будто ничего такого вообще не имело места. Никаких явных свидетелей – кроме разве что отца Сэнни, Бромена Тауфеля. Застать Эндерила одного и заставить поддаться на провокацию…. Придется блефовать. Отец и брат Сэнни должны поверить, что Ингар готов на убийство…
- Ну так вот, - продолжил Ингар. - Эндерилу придется принять мой вызов. Я приложу все усилия, чтобы у него не осталось иного выхода.
- И чего ты хочешь добиться дуэлью? – резко спросил Юст. – Чтобы тебя отправили в тюрьму или, в лучшем случае, изгнали?
- Я не намереваюсь его убивать, - рявкнул Ингар. - В этом нет смысла. Мне не нужно судебное разбирательство, и сидеть в тюрьме я не собираюсь. И это будет не дуэль, а… тренировочный бой. Подготовка к следующему турниру.
- До него почти год!
- Ну и что? – Ингар пожал плечами. – Лишние тренировки никому никогда не вредили. Я потребую, чтобы Бромен Тауфель пошел в храм, засвидетельствовал ваш клятый брак и заявил, что не имеет претензий по этому поводу. И к назначенному времени он представит мне доказательства. Если же он этого не сделает – то… В любом случае, первая часть плана – узнать, имеют ли родственники Сэнни отношение к наемным убийцам. А там – как пойдет.
Против плана никто не возразил.
Илинора предложила Сэнни надеть белый длинный плащ, обрызгала его красной краской, и измазала Сэнни лицо.
- Для эффектности, - объяснила она.
Джионна – а плащ был ее – недовольно поджала губы.
- Искусство требует жертв, Джи, - заявила Илинора.
Джионна, вынужденно смирившись с жертвой, спросила у Сэнни:
- Ты уверена, что достаточно хорошо себя чувствуешь?
- Уверена. А если я и потеряю вдруг сознание, то это пойдет только на пользу эффектности и реалистичности.
- Не наглей, - строго сказала Джионна, и Сэнни тут же смутилась.
Каналы дымились туманом. Ингар, Юст и Сэнни доплыли до Посольского квартала, ориентируясь почти на ощупь, и стали караулить Эндерила Тауфеля. Юст весь так и трясся, сгорал от нетерпения и шептал под нос, что вытрясет из своего шурина всю правду.
Эндерил вернулся в изрядном подпитии и шумной компании приятелей. Пришлось дожидаться, пока он высадится из лодки, его товарищи скроются в тумане, и он останется один. Эндерил потянулся к дверному молоточку, и тогда Сэнни вынырнула из сумрака под свет горевшего над входом фонаря. Эндерил увидел сестру в белом окровавленном плаще, с вымазанным в крови лицом, застыл на месте, а затем отшатнулся в ужасе. Наверное, в этот момент Юст все понял и как с цепи сорвался. Он выскочил на пристань и в мгновение ока очутился рядом с Эндерилом.
- Ты… ты! – выкрикнул Юст. - А я ведь не верил до конца, что ты причастен! Как ты мог – нанять убийц для сестры!
Юст ударил его. Настолько быстро, что Эндерил не успел шелохнуться, отлетел назад и впечатался спиной в стену дома.
Ингар подступил к Эндерилу с другой стороны, схватившись за эфес.
- Ублюдок! Проклятый нечестивец! Вся твоя семья – поганые извращенцы, раз приняли ее! – орал Эндерил Тауфель, потеряв, всякое соображение о том, что говорит. Сдержанность, воспитанность, манеры, умение держать удар – ничего похожего и в помине не было. – Мы столько вложили в нее! Нам оказали честь! Честь, которой никто из чужеземцев ранее не удостаивался. А теперь мы опозорены!
На крики из дома выбежали слуги. Ингар, вытащив клинок, сделал пару взмахов перед их носом и потребовал, чтобы позвали хозяина. А Эндерил легко подставился и повелся на провокацию - неужели Юст умудрился как-то долбануть ему по мозгу? Очень удачно получилось, чего уж там!
Отделанные позолоченной бронзой двери распахнулись, стукнули качнувшиеся молоточки. Вышел Бромен Тауфель – не заставил себя долго ждать. Уняв поднявшуюся в нем ярость и с трудом удерживаясь от того, чтобы сунуть Эндерилу клинок под нос, Ингар обвинил его в оскорблении своей семьи.
- Я не позволю вам отвертеться, - процедил Ингар. – У меня… так и чешутся руки поупражняться с вами где-нибудь в парке, на уединенной живописной полянке. Сегодня же.