- Сэнни! Ты что! Как я могу заниматься таким? Я же не только торговец. Я нобиль, сенатор, пускай и захудалый! Да и сама подумай – разве возможны подобные совпадения? Или, по-твоему, я за тобой специально следил?
Звучало логично, и следить за ней причин у Хеймира, вроде бы, не было. И не могла же Сэнни приставить ему к горлу свой шуорский кинжал или еще как-нибудь угрожать, чтобы заставить все рассказать? Но та книга с… любовными картинками у Хеймира имелась, и он подсунул её Сэнни чуть ли не в первый же день знакомства. А Юст, очевидно, еще раньше изучил ее от корки до корки. И не только ее.
Все же, в конце концов, после очередного вопроса Сэнни на эту тему, вдоволь повздыхав и поохав, Хеймир произнес заветное:
- Да. Это был я.
- Ты.
- В лавке с совой.
- Так это все-таки сова, а не абстрактная птица?
Хеймир глубоко вздохнул и замолчал. Сэнни ждала продолжения. Настолько терпеливо, насколько могла.
- Я хотел знать о Шуоре. Но это такая закрытая, изолированная страна… У нас вообще о ней, почитай, никто не имеет сколько-нибудь ясного представления. Книг нормальных достать невозможно… В общем, до меня дошла информация, что в Лоретто из Шуоры приехали сотрудники нашего посольства, и я… В общем, я захотел с ними пообщаться, поговорить. Ты же знаешь – я очень общительный и разговорчивый.
- Да, - согласилась Сэнни.
- Но они... – Хеймир пожевал губами. – То ли знали ненамного больше меня, то ли не хотели со мной делиться… ничем таким. А потом мне попалась ты. Случайно. Сама ко мне пришла… На ловца и зверь бежит. Извини, просто поговорка такая. Я навел о тебе справки... Немного. И я не знал, Сэнни! Ничего не знал, про эту школу Жриц! Я попытался поговорить с твоим отцом и добраться до тебя через него. Но он не пожелала иметь со мной дело, и на следующий день… вы просто уехали!
Да, - кивнула Сэнни. - Едва закончился турнир, мы уехали из Лоретто. Очень поспешно.
И получается, это случилось после того, как отец поговорил с Хеймиром.
- В общем, наша с тобой встреча наедине, о которой я так мечтал, не состоялась… - Хеймир хмыкнул. - Ну а через год… Ты снова приплыла мне в руки. И на этот раз – навсегда.
- И ты выспрашивал меня о Шуоре, о моей жизни.
- Ну да, - согласился Хеймир. – Удовлетворял свое любопытство.
- Почему ты не рассказывал мне раньше? Я тебя спрашивала! Ты увиливал от ответов!
- Ох-ох! Сэнни, поверь, важно не то, что я могу рассказать, а то, чего я не знаю!
Ну вот и что с этим делать?
Три года спустя. Лоретто
Сэнни
Сэнни гуляла с сыновьями на набережной Главного канала, сплошь застроенной богатыми особняками. Она старалась следить, чтобы мальчики вели себя прилично – не лазили на высаженные яблони и на ограду, и чтобы не раскачивали подвешенные к фигурным столбикам декоративные горшки с цветами. Сыновья, особенно Джарн, обожали всюду совать свои носы, и ей приходилось их то и дело строго одергивать. Ну, не строго – Джионна неоднократно пеняла ей на воспитательные упущения и «излишнюю снисходительность к проказам отпрысков». Джионна всех любила воспитывать – и мужа, и родителей, и даже Кенлара Бьоргстрома, однако результативность ее усилий, на взгляд Сэнни, была не слишком высокой.
– Почтовый флейт из Абры! – мимо пронесся уличный мальчишка, вопя во всю глотку. – Почтовый флейт!
– Постой! – окликнула его Сэнни, достала из кошелька монетку в полсарима и вложила в не слишком чистую ладошку. – Флейт уже причалил?
– Да, госпожа! Я видел, что почту уже выгружают. – Мальчишка спрятал монетку в кулаке. – Спасибо, госпожа!
Схватив сыновей за руки, Сэнни спустилась к ближайшему причалу и позвала лодочника, чтобы довез ее до морского порта.
Лодочник, вяло загребая веслом, лавировал между бесчисленных судов, борт о борт стоявших на якорях в устье Главного канала, а Сэнни ёрзала на банке от нетерпения. Слишком медленно! Они проплыли стрелку Монетного острова, миновали здание таможни и причалили за выстроившимися в длинный ряд пакгаузами у Главного почтового отделения.
Почту, действительно, уже выгрузили и доставили на склад. Сэнни добралась до служащего, который занимался выдачей сообщений, пришедших по Быстрой связи, написала на листке зашифрованный адрес и имена получателей. Служащий сверился со списком и выдал ей толстую пачку листов, на каждом из которых стояла подпись Юста – тоже зашифрованная их семейным кодом.
Сумма, которую она выложила за доставленную по Быстрой связи корреспонденцию, была очень и очень немаленькой. Такого количества денег Сэнни при себе не носила, зато у нее имелись векселя Хеймира, в один из которых она просто вписала нужные цифры и поставила подпись. Получив письма, засунув их в сумку к альбому для рисования и ухватив за руки сыновей, она вышла на причал и снова наняла лодку, попросив отвезти ее к дому – на Аптечный канал.