С колокольни у Четырехдомного переулка донесся перезвон.
Навстречу плыла черная похоронная барка – на ней стоял саркофаг без крышки, украшенный цветочными венками и корзинами. Вещь совершенно обычная для Лоретто, где принято снаряжать триумфальные процессии к Острову Упокоения. На носу и корме возвышались четыре скульптуры Единых с Пророком. Лодочников, одетых в черные с золотом костюмы, тоже было четверо. Один из них стоял перед гробом с жезлом в руке.
По обоим берегам канала выстроились люди, склонив непокрытые головы – опять же, согласно традиции, они отдавали последние почести. Судя по всему, плавучий катафалк вез тело отнюдь не рядового гражданина. Ну, конечно! С этими письмами Сэнни совсем забыла – Хеймир мимоходом упоминал о скоропостижной смерти какого-то сенатора, надеявшегося на будущих выборах получить место в Совете Двенадцати. Кажется, его звали Аванклетто Гротти. Да, в общем-то, неважно.
Стоит ли рассматривать встречу с траурной баркой как плохой знак? Или нет?
Вообще-то Сэнни в знаки не верила. Она вздохнула, обхватила сумку, в которой лежала толстенная пачка листов. Что же написал Юст? Ей казалось, что-то важное, не просто личные сообщения. Сколько у него ушло времени на то, чтобы все это зашифровать? И сколько еще уйдет на обратную расшифровку?
Не в силах ничего поделать с собственной нетерпеливостью, она распаковала письма, и принялась жадно пробегать глазами строчки. Листки вовсю трепал ветер, стараясь вырвать из ее пальцев. Сэнни испугалась, что они улетят в канал. Не лучшее место для чтения. К тому же, хотя она и знала кодовые слова и помнила наизусть таблицу соответствий, код был слишком сложный. Расшифровка требовала времени, кропотливости и сосредоточенности, так что всем этим придется заняться дома, сходу не получится. Тем не менее, Сэнни из упрямства просмотрела все страницы и нашла внизу одной незашифрованные строки. «Мы приплыли в Даоро-Бу», – писал Юст и еще про то, что ждет ответных сообщений и что всех любит и скучает.
Значит, Юст на Диоданских островах и месяца через три, может, чуть позже, прибудет в Лоретто. Сердце бешено колотилось, ухало в груди – и с сердцем Сэнни тоже ничего не могла поделать. Оно не желало слушаться и утихомириваться. Какая глупость! Она знала Юста всего ничего, она не видела его три с половиной года – и все равно… Она сжала руками виски, поморгала, сдвинула ладони, закрывая ими лицо. Ну, это она зря. С Джарна и Эйсмара глаз спускать нельзя, а то они, чего доброго, сиганут в канал прямо с лодки.
Сэнни аккуратно сложила листки и засунула обратно в сумку, намереваясь переключиться на мальчиков, но продолжала думать о Юсте.
Ну ладно, она тогда в него влюбилась – это можно было объяснить. Но почему за столь долгое время его отсутствия ее чувства никуда не угасли, не поблекли даже? Почему при одной мысли о нем сердце ее то замирало, то трепетало?
В эти годы Сэнни много размышляла, пыталась понять, зачем Юст женился на ней. Не из-за безумной любви – это ей было ясно. Хотя он к ней… все-таки испытывал ведь какие-то чувства? Он просто – для себя – не мог ее бросить, не мог позволить ей сгинуть. Он спас ей жизнь. И, хотя был знаком с ней всего пару дней, ради нее подверг опасности свою семью – людей, которых очень любил. Сэнни была ему благодарна. Бесконечно благодарна - в том числе за сыновей. Сейчас она не представляла, как бы жила без мальчиков. Дом на Аптечном канале давно стал ее домом, а семья Юста – ее семьей. Однако насчет самого Юста никаких иллюзий она не строила.
Что ей делать, когда он возвратится? И разве от нее тут много зависит? Она его любит. И от этого никуда не деться.
ГЛОССАРИЙ
Основные персонажи и наиболее важные локации
Персонажи
Юст Хольгерстон – нобиль и морской офицер, маг, родился и живет в Лиоренции
Сэнни Тауфель – родилась и воспитывалась в Шуоре. В начале романа приезжает вместе с отцом и братом в Лиоренцию.
Семья Юста:
Хеймир Хольгерстон – отец
Илинора – мать
Джионна - сестра
Ингар Бьоргстром – муж Джионны, известный полководец, отошедший от дел и переключившийся на астрономические наблюдения и занятия математикой.
Кенлар Бьоргстром – друг семьи, отец Ингара. Занимается политикой, член Совета Двенадцати.