3
Света Туманова примчалась в родную цитадель бизнеса на час позже положенного времени. Никто из коллег не обратил на ее опоздание никакого внимания. Она опаздывала часто, а когда опоздания перестают быть случайностью и переходят в закономерность – это уже диагноз. Лечить ее никто не собирался, только исполнительный директор Вольф Николай Рудольфович иногда проводил профилактический медицинский осмотр. Сегодня он как раз был в настроении это сделать.
– Светлана Михайловна? – позвала ее секретарша в смежном коридоре, – зайдите, пожалуйста, к Вольфу.
– Он чем-то недоволен? – застыла на месте Туманова.
– Николай Рудольфович желает видеть вас, – важно произнесла секретарша, как будто от предстоящей встречи зависела Светина судьба.
– Я кину к себе сумочку и зайду, – попыталась она отсрочить встречу с начальством.
– Он будет сердиться, – обречено произнесла секретарша.
– Хорошо, уговорили, – не менее обречено произнесла Света. – Иду!
Она на цыпочках приблизилась к кабинету босса и осторожно, совсем как полевая мышка, постучалась.
– Войдите! – донеслось изнутри.
Светлана набрала полную грудь воздуха и вошла.
В центре круглой комнаты в широченном кресле у дальней стенки за широченным стеклянным столом перед ней сидел и курил кубинскую сигару чрезмерно упитанный человек солидной внешности с козлиной бородкой и подтяжками на необъятных клетчатых брюках. Красный галстук был до упора ослаблен, но ощутимо давил на горло, препятствуя приливу крови к мозговым извилинам, тем самым затрудняя работу главного мозгового центра.
– Проходи, Светочка! Присаживайся, – чинно произнес Вольф и отложил сигару на дорогую французскую пепельницу.
– Здравствуйте! – улыбнулась она и присела на первый попавшийся стул подальше от начальника.
– Ты опять опаздываешь? – равнодушно спросил Вольф. – Я давно тебя дожидаюсь. У нас со скольки рабочий день, помнишь? Ладно, не вспоминай, я сам забыл. Круглые сутки здесь торчу, как сумасшедший.
Вольф не слукавил. Он проводил в своем кабинете дни и ночи. И не потому, что секретарша была очень мила его изношенному сердцу, а потому что в связи с новыми обстоятельствами дел было невпроворот. И только он мог разгрести их и направить по разным каналам, заставляя трудиться сплоченный коллектив.
– Я почти вовремя, – нерешительно сказала Туманова.
– Вижу, и сумочка у тебя на руках, – усмехнулся начальник. – Все свое носишь с собой! Как это по латыни?
– Не помню, – затруднилась с ответом Света.
– Omnea mea mekum porto! – блеснул эрудицией Вольф. – А я помню! Поэтому я и сижу здесь! Все нужно помнить! Это залог успеха.
«Интеллектуал хренов! – обиженно подумала Света. – Прицепился к долбанным афоризмам и считает, что самый умный. Зубрилка картонная! Только ходячие мертвецы любят мертвый язык».
– Что молчишь? – прищурился Вольф.
– Я абсолютно с вами согласна, – произнесла вслух Светлана.
– Ты чем-то недовольна? Меня не проведешь! – вальяжно заметил Вольф. – Но сейчас не об этом. Я не нотации тебе читать позвал, а по важному вопросу. Ты у нас одна из ответственных по сочинскому проекту. После блестящего триумфа нашей сборной, к нам посыпался град звонков с интересными предложениями. Звонят со всего света. Честно говоря, задолбали! Мы всего лишь посредническое звено между бизнесом и правительством. Отбираем стоящие предложения, передаем их на утверждение в министерство и так далее. Ну, кому я рассказываю?! Японцев мы уже определили. Со шведами и финнами вопрос решен. Но вот наши американские друзья пока под вопросом! Крупная инвестиционная компания, наш межантлантический партнер, планирует участвовать в строительстве спортивных объектов и гостиничных комплексов на территории Краснодарского края.
– Все хотят! – перебила его Туманова. – От инвесторов нет отбоя!
– Да, но это особый случай. Это очень крупная дичь! Здесь даже больше политики, чем бизнеса. Улавливаешь? Правительство заинтересовано в привлечении столь внушительного инвестора. Это пойдет на пользу двусторонним отношениям. Проще говоря, мы не имеем права никого разочаровывать, и не имеем права терять столь дорогих инвесторов.
– Понимаю, а я чем могу быть полезна? Я работала с финнами. Мы успешно заключили контракт на строительство горнолыжной базы. А сейчас нашему отделу передали японцев.
Николай Рудольфович Вольф еще на сантиметр вниз стащил тесный галстук и потянулся за недокуренной сигарой.
– Японцы подождут! Они долго ждали и пусть ждут, – глубоко затянулся директор. – Мы срочно меняем планы. На первое место выходят, повторюсь, наши американские друзья. На сегодняшний день – это наши главные партнеры. Ну что я сделаю, это директива из министерства! Мне нравятся японцы, но будущее отечества дороже!