— Это вышло само собой. Я хотел рассказать тебе с самого начала. — Это было чистой правдой. Я хотел посвятить их во все, но знал, как важно для Грей держать все под контролем, и не собирался лишать ее этого права.
— То есть ты видел в нашей младшей сестре просто интрижку на одну ночь? — прорычал Лоусон.
— О черт, — пробормотал Дрю. — Кейден, беги. Это у него явно не радостный тон.
— Конечно, нет, — поспешил я погасить вспыхнувшее напряжение. — Просто я никогда не думал, что она вообще обратит на меня внимание.
— Пару месяцев назад ты еще шутил, что для тебя отношения на выходные — это уже почти долгий роман, — припечатал Холт.
Вот дерьмо. Нужно следить за языком.
— Очевидно же, что Джиджи — совсем другое дело.
Нэш снова впился в меня взглядом:
— Почему мы должны тебе верить?
Я пожал плечами:
— Вам и не нужно. Грей взрослая женщина — умнее и сильнее нас всех вместе взятых. Уверен, если я накосячу, она выставит меня за дверь быстрее, чем я успею моргнуть.
— Это правда, — прорезался в тишине голос Роана. Он так и не сдвинулся с места, но его взгляд был по-настоящему смертельным. — Но сердце у нее куда нежнее, чем ты думаешь. И если ты ее ранишь… — его голос стал холодным и ровным, — я знаю много мест, где можно спрятать тело так, что никто никогда его не найдет.
Я схватил букет с пассажирского сиденья и выбрался из внедорожника. Опустил взгляд на цветы. Полевые цветы навсегда останутся связаны для меня с Кларой и с Грей, потому что я поделился этой болью именно с ней. И вот теперь, глядя на них, я задумался — не самая ли это глупая затея в мире?
В голове эхом прозвучали слова Роана:
«Сердце у нее куда нежнее, чем ты думаешь».
Я ведь знал это когда-то. Видел, как ей тяжело было пробивать себе место в семье, как она мучилась от мысли, что не может найти свое место в мире. Наверное, после диагноза диабета первого типа это чувство только усилилось.
Стоило вспомнить то время, как грудь сдавило так, что стало трудно дышать. Воспоминания хлынули, но я заставил себя их оттолкнуть.
Это всего лишь цветы. Я всего лишь играю роль заботливого парня, как мы и договорились.
Я пересек парковку и подошел к небольшому домику, где находилась компания Cedar Ridge Vacation Adventures. Сквозь москитную дверь доносились голоса. Смех Грей прорезал воздух и я застыл на месте.
Сколько лет прошло с тех пор, как я слышал этот звук? Целая вечность. После того как я воздвиг между нами стену, Грей стала настороженной. Она смеялась, но никогда не так — открыто, свободно, искренне.
Грудь словно сжали в тисках. Мне безумно хотелось, чтобы этот смех снова был для меня.
Я натянул на лицо улыбку и открыл дверь. Комната моментально стихла. Коллеги Грей сидели кто где. Ее начальник, Джордан, развалился на диване. Ноэль хмуро уставился на меня из-за своего стола. Эдди устроился в кресле и явно оценивал меня с головы до ног.
Грей сидела за своим столом, закрутив ноги в какой-то немыслимый узел, похожий на крендель.
— Кейден, — пискнула она. — Что ты здесь делаешь?
Я решительно направился к ней:
— Забираю свою девушку на обед.
Я наклонился, меня тянуло к ее губам, как магнитом, но заставил себя лишь легко коснуться губами ее виска. Хотя я не пропустил дрожь, пробежавшую по ее телу.
Эдди открыл рот, закрыл, потом снова открыл:
— Ты встречаешься с парнем в костюме?
Я нахмурился:
— Не неси чушь. Ты же знаешь, я могу быть не хуже любого из вас.
Ноэль фыркнул:
— И кто бы мог подумать, что твой Армани умеет мяться.
Грей одарила их обоих предупреждающими взглядами, принимая цветы из моих рук.
— Скоро тут можно будет цветочный магазин открывать, — пробормотал Джордан.
Я вскинул бровь.
Грей нахмурилась:
— Рэнс на днях тоже приносил.
— И почему я не удивлен, — проворчал я.
— Они прекрасны, — сказала она и поднялась, направляясь на кухню в другой конец комнаты.
Взгляд Ноэля скользнул по мне:
— Надолго ты в городе?
В его голосе не было и намека на тепло, но я и не ожидал другого. С самого детства он был колючим, еще со времен детсада.
— Пока не знаю.
— Думаешь, правильно заводить отношения с Джи, если сам не уверен, что останешься? — прищурился он.
— Ноэль, — строго предупредила Грей, ставя цветы в банку. — Могу сделать его смерть медленной и мучительной, если он что-то испортит.
Уголки губ Ноэля дернулись.
— Просто забочусь о тебе, Джи.
Эдди закинул ноги на стол:
— Только помни, она всегда бьет ниже пояса, если с ней связываться.
Я прыснул со смехом:
— Я прекрасно осведомлен о боевых навыках Джиджи.
В школе она как-то уложила на лопатки парня, который был вдвое крупнее ее, и заставила его умолять о пощаде.
Грей поставила банку с цветами на стол и взглянула на Джордана:
— Можно мне пойти пообедать?
Джордан замялся, и я уже подумал, что он откажет. Но потом кивнул:
— Конечно, только быстро. В два часа придет группа на каякинг, она больше, чем мы ожидали, так что мне понадобится и Эдди, и ты.
— Без проблем. Я быстро поем и заеду домой за купальником. — Она посмотрела на меня и вдруг заметно занервничала. — Готова.
Я не вынес тревоги, промелькнувшей в ее глазах, и двинулся к ней прежде, чем успел осознать решение. Взял ее ладонь в свою, переплел пальцы.
— Увидимся, ребята.
Они пробурчали прощания — ни одно не было особенно теплым.
— Не думаю, что твои коллеги в восторге от того, что ты с кем-то встречаешься, — сказал я, когда мы вышли на улицу.
Грей нахмурилась:
— Иногда они хуже моих братьев. Не в плане работы, а точно — когда речь заходит о мальчиках.
— Мальчиках?
Она широко улыбнулась, и эта чистая радость пробила меня прямо в грудь.
— Я уверена, что вы все — мальчики до лет семидесяти. Кажется, только тогда фаза проказников заканчивается.
Я рассмеялся:
— Возможно, ты права.
Грей опустила взгляд на наши переплетенные руки. Я должен был отпустить ее. Так было бы безопаснее. Но убедил себя, что это просто часть нашей игры.
— Зачем мы идем на обед? — спросила она, слегка нахмурившись.
На ее лице было такое милое недоумение, что мне едва удалось удержаться от поцелуя.
— Если мы встречаемся, люди будут ожидать иногда видеть нас вместе, — рассудил я.
Правда же заключалась в том, что после утреннего дерьма с Гейбом и отцом именно Грей была тем человеком, кого я хотел увидеть.
— Наверное, это логично, — сказала она, нервно поигрывая пальцами в моей руке.
— Я рассказал своей семье о нас.
Пальцы Грей дернулись, и она резко вскинула на меня взгляд:
— И как прошло?
— Мама в восторге. Отец… ну, более-менее доволен. Гейб — как всегда, придурок.
Она внимательно вгляделась в мои глаза:
— Все еще плохо?
Я так давно не говорил с ней о своей семье. Раньше я выкладывал ей все свои проблемы. А когда потерял ее, начал запирать их глубоко внутри.
— С каждым днем все хуже. Похоже, отец готов разорвать нас на части, лишь бы сделать нас своей версией идеала.
Грей на мгновение замолчала, но крепко сжала мою руку.
— Может, это его извращенный способ защитить вас.
Я споткнулся:
— Защитить нас?
Она задумчиво поиграла краем своих шорт, словно тщательно подбирая слова.
— Он не смог защитить Клару. Наверное, это чувство полной беспомощности его сломало. Я всегда думала, что он хочет сделать своих оставшихся детей максимально сильными, чтобы они могли справиться с любыми трудностями.
Ее слова зацепились в моей голове, пока я вспоминал навязчивую одержимость отца нашим совершенством во всем: учеба, спорт, работа.
— Не знаю. Он будто получает удовольствие, стравливая меня и Гейба. Наслаждается тем, что мы постоянно на ножах.