— Убийство, видимо, язык любви Джиджи, — спокойно пояснил Кейден.
Рен выдала странный смешок, широко раскрыв глаза.
Холт резко обернулся к ней:
— Ты знала об этом?
Она подняла обе руки:
— Конечно, нет. — Потом сузила глаза на жениха. — Но если бы знала и Джи заставила меня поклясться хранить секрет, я была бы в своем праве ничего тебе не говорить.
— Ну конечно, — поспешно согласился Холт.
Нэш фыркнул:
— Подкаблучник.
— А ты нет? — парировал Холт. — Ты даже не можешь смириться с тем, что твой племянник флиртует с Мэдди.
— Хватит, — рявкнул Лоусон. — Когда это началось?
Шницель. Шницель. Шницель. Мы с Кейденом не придумали никакой легенды. Они раскусят нас за две секунды.
Кейден переплел пальцы с моими волосами и посмотрел мне прямо в глаза:
— Я всегда знал, что Джиджи особенная. Стоит провести с ней хоть секунду, и это понимаешь. Но когда я вернулся в этот раз, просто не смог держаться подальше. У нее есть какая-то притягательность. Она заставляет тянуться к этому свету, стремиться стать лучше, заслужить ее. Мне просто повезло, что она дала мне шанс.
У меня перехватило горло. Кейден что, в Нью-Йорке на актерские курсы ходил? За такую речь ему «Оскар» надо вручить.
Мама протиснулась сквозь стену моих братьев и засияла от счастья. О нет. Она выглядела чертовски довольной.
— Кейден! — воскликнула она, заключая его в объятия. — Я всегда считала тебя одним из нас. А теперь это официально.
У меня в голове вспыхнули красные тревожные огни. Мама начнет планировать свадьбу, пока мы моргнуть не успеем.
— Мам, это только начало. Не сходи с ума, — попыталась я остановить ее, чувствуя, как нарастает паника.
Она отпустила Кейдена и повернулась ко мне:
— Даже не смей запрещать мне радоваться, когда моя девочка впервые в жизни привела парня домой.
— Технически он привел себя сам, — возразила я.
Нэш прыснул со смехом:
— Сожгла тебя, чувак.
Мэдди шлепнула его по плечу.
— Вы, ребята, накрываете на стол, — велела мама. — Мне нужно пару минут наедине с моей девочкой.
— Но…
Она пресекла мои попытки возразить взглядом. И я не стала сопротивляться, пока она тянула меня к папиному кабинету. Я обернулась через плечо и увидела, как мои братья окружают Кейдена с откровенно убийственными намерениями. А он только улыбнулся и… подмигнул. Черт возьми, подмигнул! Кто, вообще, подмигивает, когда его вот-вот разорвут на части? Кажется, у Кейдена какое-то странное стремление к смерти.
Мама втолкнула меня в кабинет и закрыла дверь.
— На самом деле это не так уж важно. Все еще новое и несерьезное, — поспешно сказала я, надеясь ее успокоить.
— Садись, — приказала мама.
Я знала этот тон и тут же опустилась на диван. Мама села рядом и несколько секунд просто внимательно меня разглядывала.
— Ты счастлива?
Я с трудом сглотнула, пытаясь придумать ответ, который не будет откровенной ложью.
— Сейчас столько всего происходит. Нападения на Холта и Рен, потом на Нэша и Мэдди, полный хаос на работе, папа до сих пор восстанавливается после сердечного приступа…
Лицо мамы смягчилось, она взяла меня за руку.
— Нам и правда досталось немало драмы в последнее время.
— Это мягко сказано, — пробормотала я.
— Но ты счастлива с Кейденом?
Я начала теребить край диванной подушки.
— Он не такой, каким его видят другие.
Мамины брови нахмурились.
— Он готов на все ради своей семьи, даже если его брат и отец этого не заслуживают. У него удивительная нежность в отношениях с мамой, такой я никогда ни у кого не видела. Он искренне заботится о людях вокруг и хочет сделать их жизнь лучше. — Я знала это по тому, как он вмешался в ситуацию с Рэнсом, хотя вовсе не был обязан.
— Ты всегда умела видеть в людях лучшее, — мягко сказала мама.
Я пожала плечами:
— Не всегда. Но мне кажется, я вижу его настоящего. И хорошее, и плохое. — Именно поэтому потеря Кейдена когда-то так больно ударила меня. Я лишь могла надеяться, что, проведя время вместе сейчас, мы сможем выйти на новый уровень — где я смогу ценить его как друга, но отпустить как кого-то, кем он был для меня раньше.
На маминых губах появилась легкая улыбка:
— Я всегда знала, что в детстве ты была наполовину влюблена в него.
Я резко дернулась:
— Неправда!
Она рассмеялась:
— Мать такие вещи чувствует. У тебя глаза загорались, стоило ему появиться рядом. А он всегда умел найти к тебе подход — мог успокоить, когда ты злилась или расстраивалась, заставить улыбнуться, когда тебе было больно. — Ее веселье сменилось тенью тревоги. — Я так и не поняла, что произошло между вами, что ваша дружба рухнула вот так, в один момент.