— Я подумаю, — пробормотал я.
Скула Нэша дернулась.
— Не делай ей больно.
Я бросил бинты в корзину.
— Если не сможешь взять себя в руки, если не готов хотя бы попытаться, тебе нужно ее отпустить.
Боль хлынула по мне, сметая все на пути. Мысль о том, чтобы уйти от Грей и больше не иметь ее в своей жизни, даже в том ограниченном виде, в котором она у меня есть сейчас, была почти невыносима. Я знал, что так будет правильно, но не верил, что у меня хватит сил.
— Скажи, что ты меня услышал, — процедил Нэш.
— Услышал.
Он хлопнул меня по плечу.
— Я всегда рядом. Что бы тебе ни понадобилось. Если решишь, что можешь мне довериться.
Вина жгла изнутри.
— Прости, я…
— Не извиняйся. Просто знай, что я здесь. И не делай мою сестру побочным ущербом.
Я резко кивнул.
Мы убрали экипировку и поднялись по лестнице.
Из кухни доносилась музыка — старый хит, полный солнца и радости… полная противоположность моему настроению.
Мы пошли на звук и запах чего-то вкусного. Зайдя в кухню, я резко остановился.
На Грей были мои баскетбольные шорты, которые на ней выглядели как штаны, и футболка, которую можно было принять за платье. Ее бедра ритмично двигались, пока она громко и фальшиво пела о том, как идет по солнечному свету, вытаскивая что-то из духовки.
Поставив форму на плиту, она обернулась и вскрикнула. Ее рука взлетела к груди.
— Боже, ну хоть какой-нибудь звук издайте, когда входите в комнату!
Глаза Грей сузились, она перевела взгляд на меня, а потом резко уставилась на брата.
— Какого меда с тобой стряслось?
22
Грей
Скула Кейдена уже распухала и наливалась цветами, и я точно знала, чьих это рук дело. Я рванула к Нэшу и со всей силы толкнула его в грудь.
— Ты серьезно?!
Он пошатнулся.
— Я-то что сделал?
— Судя по виду — врезал Кейдену по лицу.
Нэш поморщился и бросил Кейдену виноватый взгляд.
— Прости, брат. Не хотел попасть так сильно.
— То есть не сильно — хотел?
— Мы спарринговали, — попытался оправдаться Нэш.
Я вскинула руку, останавливая его.
— Даже слушать не хочу. Если тебе не нравится, что я осталась здесь, поговори со мной. Не бей Кейдена.
Чья-то рука обвила меня за талию, прижимая к крепкому, чуть влажному от пота телу. Кейден пах… как весенняя гроза.
— Все в порядке, Джиджи, — мягко сказал он. — Мы просто сбрасывали лишнюю энергию.
Я вскинула голову, пытаясь уловить правду в его взгляде. В его глазах таились тени, источник которых я отчаянно хотела понять.
— Он не должен бить тебя в лицо.
— Кейден врезал мне в челюсть, — проворчал Нэш.
— Заткнись, — рявкнула я. — Не думай, что я не расскажу Мэдди, что ты натворил.
Кейден поперхнулся смехом.
— С тобой не забалуешь.
— Еще бы, — вздохнула я. — Давай, надо приложить лед. Садись.
Кейден послушно сел за огромный кухонный остров. Нэш тоже уселся рядом.
Я обшарила морозилку и наконец нашла гелевый пакет со льдом. Обернув его тонким полотенцем, протянула Кейдену.
— Держи на щеке двадцать минут.
Уголки его губ дрогнули.
— Есть, медсестра Хартли.
Я закатила глаза и вернулась к плите.
— Я сделала киш с помидорами и моцареллой.
— Звучит потрясающе, — сказал Кейден.
— Хватит еще на одного? — с надеждой спросил Нэш.
Я одарила его уничтожающим взглядом.
— Надо бы заставить тебя просто смотреть, как мы едим.
Нэш надул губы.
— Но ты не сможешь, потому что знаешь, что это мое любимое, и любишь меня.
Я фыркнула.
— Да у тебя все любимое.
— У меня хороший аппетит. Думаю, я еще расту.
Кейден тихо усмехнулся.
Я разложила по тарелкам куски киша и дольки апельсинов.
— Вода, молоко или апельсиновый сок?
— Вода, — ответили они в унисон.
Я налила три высоких стакана и отнесла их на остров. Села на табурет рядом с Кейденом, подальше от Нэша. Я не доверяла себе настолько, чтобы не врезать брату.
Он посмотрел на меня глазами побитой собаки.
— Спасибо, Джи. Ты моя любимая сестра, и я люблю тебя больше всех.
— Я твоя единственная сестра.
Он пожал плечами, уже наворачивая кусок киша.
— Даже если бы их у меня была дюжина, ты все равно была бы любимой.
— Не говори с набитым ртом, — отчеканила я.
— Это комплимент шеф-повару, — пробормотал Нэш, прожевывая очередной кусок.