— Поздний обед вот-вот доставят. И, конечно, шампанское.
Я огляделась и замерла. Повсюду были цветы. Бесчисленные букеты… диких цветов. У меня перехватило горло.
— Это Кейден сделал? — прошептала я.
Джейлен тепло улыбнулся:
— Он хотел, чтобы ты провела расслабляющий день в идеальной обстановке, пока готовишься к вечеру.
Я подошла к самому большому букету и вытащила карточку с моим именем.
Джиджи,
Каждый раз, когда я вижу дикие цветы, я думаю о тебе.
Спасибо, что всегда видишь меня.
Спасибо, что всегда на моей стороне.
Я самый счастливый мужчина на свете, потому что ты есть в моей жизни.
Кейден
— О боже, как же это мило! — протянула Рен.
Я резко развернулась и стукнула ее по носу карточкой:
— Слишком любопытная, не находишь?
Она хитро улыбнулась:
— Ты же моя лучшая подруга. Все равно бы рассказала мне.
— Хочу прочитать, — заявила Мэдди и выхватила карточку у меня из рук.
— Эй!
— Аааа, — протянула она, закатив глаза. — Настоящая романтика.
Джейлен засмеялся:
— Вот почему вы мне нравитесь. — Его глаза лукаво блеснули. — В главной спальне тебя ждет кое-что еще.
— Еще? — пискнула я.
— Пошли! — Мэдди схватила меня за руку и потащила за собой.
Мы вошли в спальню и снова замерли. Там были не просто цветы — вдоль стены стояла вешалка, на которой висели шесть потрясающих вечерних платьев.
— Кейден хотел, чтобы у тебя было что-то такое, в чем ты почувствуешь себя по-настоящему красивой, — объяснил Джейлен.
В глазах защипало от слез. Я ведь говорила ему, что могу втиснуться в старое выпускное платье, которое хранится у родителей, но он хотел, чтобы я чувствовала себя сегодня комфортно. Уверенно.
— И еще кое-что на кровати, — добавил Джейлен.
— Черт возьми, Джи, — прошептала Рен. — Он не шутит.
Я, едва держась на ногах, подошла к кровати. На покрывале лежали три красные кожаные коробочки и карточка. Сначала я взяла карточку.
Джиджи,
Я не могу быть более гордым, чем когда вхожу в зал с тобой рядом.
Небольшой подарок, чтобы показать, как сильно ты сияешь.
Кейден
Я сглотнула, открывая первую коробочку — в ней были изящные серьги с бриллиантами, похожие на снежинки, которые будут ловить свет при каждом движении. Во второй — классический бриллиантовый теннисный браслет. А в третьей — самое красивое ожерелье, которое я когда-либо видела. Оно перекликалось дизайном с серьгами, и его тонкая цепочка должна была лечь прямо на ключицы.
— Ему не обязательно было это делать, — прошептала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами.
Моя рука непроизвольно коснулась места, где когда-то висело простое ожерелье-компас. Теперь я снова могла носить то, что подарил Кейден. И это ощущалось абсолютно правильно.
Рен обняла меня за плечи.
— Ты же знаешь Кейдена. Он сделал это, потому что хотел.
Кейден еще не говорил те самые три слова. Но ему и не нужно было. Я видела их в его глазах. Чувствовала в каждом его поступке. И ощущала их в самом своем сердце.
Я провела ладонями по светло-голубой ткани платья. Шелк облегал мои формы, глубоко вырезанный спереди, с кружевной вставкой на груди. Бриллианты в ушах, на шее и запястье мерцали в свете люстры.
— Ты готова? — позвала Рен из гостиной. — Парни уже поднимаются.
Я выдохнула прерывисто и заставила себя покинуть безопасное убежище ванной комнаты.
Мэдди одобрительно присвистнула, когда я вошла в гостиную:
— Ух ты, девочка, ты была права — голубой цвет беспроигрышный. Ты выглядишь как ледяная принцесса.
Рен просияла и замахала рукой перед лицом:
— Ты слишком красивая. Сейчас разревусь.
Ее реакция оказалась именно тем, что мне было нужно, и я рассмеялась. Подошла к лучшей подруге и положила ладонь на ее небольшой живот.
— Это не я тебя растрогала, а вот этот малыш.
— Вы обе вредные, — пробурчала она.
Клинт, устроившийся на диване, усмехнулся:
— Гормоны, что с них взять. Я никогда не забуду, как моя сестра ревела по любому поводу, когда была беременна.
В дверь постучали, и она тут же открылась. Вошли Холт, Нэш и Кейден, но я видела только Кейдена. Он был в темно-синем смокинге, сидевшем на нем идеально, а его зеленые глаза казались еще ярче.
Едва его взгляд упал на меня, он замер. В его ореховых глазах вспыхнул золотистый огонь, и он преодолел расстояние между нами в пару стремительных шагов. Мир исчез, когда его ладони обхватили мое лицо и потянули к нему.