— Ты всегда был частью нашей семьи. Это просто сделает все официальным.
Я сглотнул, пытаясь прочистить горло.
— Для меня это много значит. Собираюсь поговорить с твоими родителями, рассказать им о своих планах.
На лице Нэша появилась дьявольская ухмылка:
— Но не за разрешением?
— На этой планете нет ничего, что могло бы помешать мне попросить Грей стать моей женой.
Нэш низко присвистнул:
— Лоусон с ума сойдет — его младшая сестренка выходит замуж.
Я поморщился. Было ясно, что Лоусон тяжелее всех воспринимает мысль о том, что ему придется отпустить Грей, но сегодняшние шаги навстречу говорили о том, что он справится.
— Позови меня, когда будешь ему говорить. Если он тебе врежет, я хочу это заснять на видео.
Я расхохотался:
— Спасибо, блин.
— Сделаем стоп-кадр и повесим на семейную рождественскую открытку.
— Ничто так не говорит о рождественской радости, как удар в челюсть.
Нэш поднял бутылку пива:
— Встречай гостей.
Я заметил движение и увидел, что отец идет в нашу сторону. Я весь день старательно его избегал, но сейчас он выглядел решительно.
— Осознание того, что это последний раз, должно облегчать задачу, — сказал Нэш, заметив его приближение.
— Наверное.
— Хочешь, чтобы я остался или дать вам поговорить наедине?
— Лучше наедине. — С отцом всегда было проще без свидетелей.
— Дай мне знак, если понадобится помощь.
Я кивнул.
— Спасибо. За все. Ты всегда был на моей стороне.
Он хлопнул меня по плечу.
— И это никогда не изменится.
Я это знал. И это было одним из величайших даров.
Нэш сразу направился к Мэдди, которая болтала с Рен и Холтом, обходя путь отца. Я не виню его.
Через пару секунд отец подошел.
— Кейден, — резко произнес он.
— Папа, — спокойно ответил я.
— Что, черт возьми, происходит с твоим братом?
Я сдержал стон.
— Понятия не имею.
Его глаза сузились.
— Он такой с тех пор, как ты вернулся. Я знаю, ты что-то сделал.
Где-то глубоко во мне, там, где ярость спала долгие годы, вспыхнул огонь.
— А не приходило тебе в голову, что это может быть из-за тебя?
Отец отшатнулся.
— Что ты несешь?
— Может, то, что ты всю жизнь с удовольствием стравливал нас друг с другом? Или что постоянно давал понять, что мы оба — величайшее разочарование в твоей жизни?
На его челюсти задергался мускул.
— Я лишь делал вас сильными. Чтобы вы могли справиться с любыми ударами судьбы.
— Ты разрывал нас на части. И когда мы, наконец, уйдем от тебя к черту, что у тебя останется? Только твоя горечь и жестокость. Звучит как жалкая жизнь, не находишь?
Красные пятна поднялись по шее отца.
— Следи за языком…
— Нет. Я слишком долго молчал. Хватит. То, что ты делаешь, — чудовищно. Я больше не собираюсь это терпеть.
— О чем ты вообще говоришь?
— Я ухожу, папа. Я больше не буду работать на компанию.
Челюсть отца отвисла, он уставился на меня в полном шоке:
— Ты не можешь быть серьезен.
Боже, как же хорошо было это произнести. Словно с моих плеч свалился груз в десятки мужчин. Или, может, просто бремя тирана-отца.
— Я чертовски серьезен. Останусь на две недели, чтобы закончить дела, а потом ухожу.
Взгляд отца стал холодным, как лед.
— Это все из-за той девки. Она всегда была проблемной. Надо было догадаться, что она разрушит твою жизнь.
— Это я наконец проснулся после всех этих лет твоих издевательств, — рявкнул я.
Он презрительно фыркнул:
— Как будто у тебя жизнь тяжелая. Я дал тебе все.
— Кроме единственного, что мне было нужно, — понимания, что ты хоть немного заботишься обо мне.
Отец рассмеялся, но смех был отвратительным:
— А ты думаешь, Грей заботится? Да ей нужны только твои деньги и статус.
Он хватался за соломинку, и я это прекрасно понимал. Но одно лишь упоминание ее имени заставило меня судорожно оглядеться. Тревога охватила меня, когда я не увидел ее в зале. Она ушла в туалет двадцать минут назад. Давно должна была вернуться.
Я резко оттолкнул отца и ринулся вперед.
— Эй! Я еще не закончил с тобой! — крикнул он мне вслед.
Но мне было плевать. Мне нужно было найти Грей. Сейчас.
40
Грей
Белая, обжигающая боль вспыхнула в коже головы, когда кто-то резко дернул меня назад в комнату. За спиной захлопнулась дверь. Ладонь накрыла мне рот, не давая нормально дышать. Я забилась и заскребла ногтями, пытаясь вырваться.