— Есл… — я всхлипнула, попытавшись сморгнуть текущие слёзы. — Если я выживу… Обещаю, я найду тебя, и ты сдохнешь! — я и вправду об этом думала. Я надеялась на мизерный шанс спасения. На то, что как-то выживу, и смогу отомстить.
— Впечатляюще, — его улыбка пропала. — Твой запах подавляет.
Он повернулся к Белле, зачем-то отвязал её, и когда она попробовала убежать, швырнул в стену, словно тряпичную куклу. Послышался звук разбиваемого стекла. Осколки долетели до меня, в то время как Белла, я заметила периферийным зрением, не двигалась.
Я закричала, мечтая о том, чтобы иметь возможность не только защититься, но и убить его.
Жжение в руке усиливалось, в то время как в моём мозгу пульсировала мысль о жестокой расправе над вампирским кодлом.
Спустя несколько минут я услышала крик Беллы. Он что-то сделал с ней, вызвав во мне новую волну ненависти и боли.
Оставив в покое Беллу, вампир опять подошёл ко мне, поднял меня за плечи в воздух, после чего впечатал со всей силы в стекло. Боль разлилась по телу с новой силой, но его не волновали мои вопли и слабые попытки высвободиться. Вместо этого он отодвинул волосы с моего лица и склонил мою голову набок, впившись в шею зубами.
От боли в глазах почернело. Я колотила руками по стеклу, раня себя ещё сильнее. Вопила без остановки, пытаясь от него отодвинуться, но его тело, словно скала, не сдвигалось с места.
Он пил жадно. Силы покидали меня. Спустя какое-то время жжение в руке усилилось настолько сильно, что та, казалось, пылала. Я уже не могла никак сопротивляться, просто повиснув в его руках.
Следующим, что мне запомнилось, был визг Беллы, пока всё сознание не заполонила боль. Рука пылала, горло, казалось, тоже горит огнём. И этот огонь усиливался, пробираясь по моему телу всё дальше и дальше, пока я не осознала, что боль от сломанных ног была лишь цветочками.
Последним, что я запомнила, были чьи-то голоса, быстро угасшие во тьме.
_______________________
*в фанфик взят образ Джеймса из фильма.
Интерлюдия 2
Ни один из вариантов будущего, который видела Элис Каллен, не мог предсказать трагедии, случившейся по нелепой, глупой ошибке. Её ошибке. Их ошибке.
Элис знала — ищейки опасны. Это как одна из констант, то, чего нельзя изменить, и то, чего следует опасаться даже вампирам. Разум ищейки, изощрённый, настроенный на погоню и убийство, способен на многое. На хитрый план, с помощью которого можно обвести других, не менее одарённых собратьев вокруг пальца. Её, видящую возможные варианты будущего, ключевые места или события, напрямую влияющие не только на Элис, но и на жизни клана. Её семьи. И его — чтеца мыслей, способного отследить любую неприятность ещё в зародыше.
Стоило Элис узнать, где находится балетная студия, и она сразу набрала номер Лукреции, желая предупредить о том, что ей нужно как можно скорее уехать из Финикса. Но Лукреция не взяла трубку.
Элис старалась себя не накручивать; не имеет смысла волноваться о Лукреции, учитывая, что Джеймса заинтересовала Белла. Их Белла. Её в будущем лучшая подруга и жена Эдварда.
С другой стороны, Лукреция её интересовала даже больше, чем Белла. Она была тёмной лошадкой, несмотря на многочисленные рассказы Беллы. Элис, за столетия своей жизни, давно научилась распознавать людей, за спиной которых прячется намного больше, чем они хотят показать.
Откуда у Лукреции, выросшей с Беллой под наблюдением легкомысленной матери, взялась жёсткость, граничащая с жестокостью? Проницательность, или умение попадать пальцем в небо тоже нельзя обойти стороной: Розали до сих пор зла на Лукрецию, ведь та каким-то образом нашла, на что надавить. И если судить по рассказам Беллы, то это одна из отличительных черт Лукреции.
Слишком взрослая. Слишком самостоятельная. Слишком уверенная. Не зря подростки в Форксе так и не смогли найти с ней общий язык. По сути, они даже не пытались, ведь чувствовали по отношению к Лукреции кое-что, напоминающее здоровое опасение. Её не пробовали задирать, даже, на самом деле, подростки не думали об этом, инстинктивно понимая, что с ней тягаться им не по силам. Лукреция находила общий язык только с личностями, похожими на неё саму. Или с теми, кого она сама пускала в свой круг. Все остальные просто не дотягивали. Поэтому Элис интересовало, почему Лукреция такая, какая есть. Откуда в ней взялось всё это?
Элис считала, что смогла бы найти с ней общий язык. Возможно, она бы нашла в ней лучшую подругу, чем в Белле и Розали, однако, Элис не способна увидеть будущее, касающееся Лукреции. И от этого, на самом деле, ей было только любопытнее.