Я развернулась вокруг себя, любуясь, как сквозь воздух и частички пыли просачиваются солнечные лучи. Свет теперь лежал вокруг меня, буквально переливаясь множеством оттенком жёлтого и белого.
Я подставила руку под свет, и мои глаза невольно расширились от увиденного: моя кожа замерцала как самый лучший, прекрасный драгоценный камень. От неё исходило восхитительное сияние, которым хотелось любоваться как самым чудесным, что я только могла увидеть в своей жизни.
Быстро переместившись под свет, я закружилась вокруг себя, любуясь сияющей кожей, которую никак не скрывало чёрное обтягивающее платье. Меня переодели, пока я лежала в беспамятстве, и я почему-то не сомневалась, что этим занялась Элис.
— Лукреция! — двери в светлую с персиковыми стенами комнату, в которой я находилась, удивительно медленно раскрылись.
Мгновение — и я оказываюсь посреди комнаты, наслаждаясь быстрым движением. Казалось, будто я сделала один шаг, который каким-то образом переместил меня в другую часть комнаты. Я не шла, но почти летела, едва касаясь пола, настолько высокой оказалась моя скорость.
— Твой голос… Он удивительный! — раньше я этого не замечала, вслушиваясь в отзвук собственного имени. Голос Элис напомнил мне перезвон колокольчиков, и я вдруг осознала, что хотела бы чаще его слышать, ведь он напоминал приятную, нежную мелодию.
Эйфория не покидала меня, несмотря на то, что за обеспокоенной Элис стоял Джаспер и Эммет. Внешность Джаспера, к моему удивлению, приобрела весьма значительную, недостающую раньше особенность — множество шрамов от укусов, украсивших кожу на его шее и подбородке. С ними его вид вызывал опасение, добавлял внушительности, а взгляд, как и поза, выражал скрытую силу.
— Как твоё самочувствие? — осторожно спросила Элис, глядя на меня со скрытой опаской. Все остальные в комнате молчали, хотя я слышала, как кто-то прохаживается взад и вперёд, явно нервничая. Поступь напоминала женскую, но я не могла точно сказать, кому именно она принадлежала: Розали или Эсми.
— Потрясающе! — я рассмеялась, заслушавшись собственным смехом. Он звучал как дивная мелодия, сладкая, словно патока. Раньше мой голос казался мне обыкновенным, теперь же я слышала в нём странные, чарующие нотки, от которых в груди всё трепетало. — Почему ты так сильно обеспокоена, Элис?
— Просто… Просто интересно, как ты себя чувствуешь. Как перенесла превращение… — голос Элис становился всё тише, и я, наслаждаясь его звучанием, вдруг поймала себя на мысли, что не знаю, где Белла. Я ведь не слышу в доме ни одного человека, здесь только вампиры. — Твоё обращение длилось несколько дольше, чем обычно. Целых пять дней.
— Где Белла? — я не обратила внимания на информацию о долгом обращении, это не имело значения, учитывая вернувшиеся воспоминания о прошлой жизни.
— Не беспокойся, с ней всё хорошо, — Элис улыбнулась. — Белла сейчас в больнице, но её завтра выписывают.
Как только Элис закончила фразу, я оказалась с ней лицом к лицу, всматриваясь в её удивительные янтарные глаза. Джаспер заметно напрягся, в то время как на лице Эммета застыла маска спокойствия.
— Почему она в больнице? — я и вправду этого не понимала, но откуда-то знала, подсознательно чувствовала, что в этом вина Калленов.
— Лу… — Элис нервно облизала губы, и я вдруг осознала, в чём же именно дело.
Старые воспоминания подвинули новые, но теперь, попытавшись вспомнить последние мгновения перед обращением, я вдруг осознала, в чём дело.
Перед глазами появился образ вампира, почти убившего меня. Я вспомнила, как он переломал меня, словно куклу. Будто наяву ощутила боль от его укуса, то, как он пил мою кровь, вгрызаясь в плоть всё сильнее с утробным рычанием. Я помнила, как силы покидали меня, а так же помнила болезненное падение и кромешную тьму, сменившуюся пылающей болью и разрывающими на части разум воспоминаниями.
А ещё я помнила обещание, которое ему дала, рыдая от боли и ненависти.
Элис вдруг резко отшатнулась, в то время как передо мной оказался Джаспер, попробовавший взять меня в захват, наверняка для того чтобы успокоить или хотя бы задержать, но… Это не имеет значения, ведь тот вампир, та мерзкая пиявка смогла добраться до меня и Беллы только по их вине. По вине Джаспера, Элис, Эдварда, Розали, Эммета, доктора Каллена и Эсми. По вине семейки вампиров, пообещавших, что с головы моей сестры не упадёт ни один волосок.