— Да, — Белла улыбнулась, словно её насмешила моя реакция, на что я только тихо и недовольно рыкнула, сразу отметив, как та резко помрачнела.
— Тебя это забавляет? — я недовольно сложила руки на груди, нахмурившись. — Серьёзно?
— А что в этом плохого? — во взгляде Беллы возникло недоумение наравне с вызовом. — Ты бессмертна. Тебе нечего переживать о еде, и о чём-либо ещё, — я хотела было ответить на это колкостью, но бабушка меня прервала, повернувшись от окна лицом к Белле:
— Нам есть о чём поговорить, Изабелла. — Белла на слова бабушки лишь скривилась. Она никогда не любила, когда её называли полным именем. Укороченный вариант ей всегда нравился намного больше.
— О чём? — она перевела взгляд с бабушки на деда, а тогда на меня.
— О том, что твои увлечения слишком опасны, — ответил дедушка, пригубив немного чая, после чего добавил: — Ты играешь с огнём.
— И ни с каким огнём я не играю! — Белла фыркнула. — Всё же в порядке!
— В порядке? — бабушка переспросила с таким видом, будто не поверила собственным ушам. — По-твоему то, что произошло с Лукрецией — пустяк?
— Всё обошлось, — Белла пожала плечами. — И теперь Лукреция сильнее, чем любой другой человек. Она теперь бессмертна. В её владениях вечная жизнь, полная новых впечатлений и эмоций.
— Нет, милая, всё не обошлось, — бабушка покачала головой, и тон её голоса стал заметно прохладнее. — Ты подвергла сестру опасности, и она на полном серьёзе могла умереть. Мы могли умереть, — слово «мы» бабушка выделила особенно сильно.
— Пойми нас, внучка, дело не только в твоих желаниях, — дед покачал головой. — Кроме тебя есть ещё и другие люди, которых ты способна убить своими играми с вампирами. Не специально, но ты подвергаешь опасности всех, кто не может себя защитить. Ты защищена кланом вампиров, как никто другой, но всё равно пострадала. Но ни Лукреция, ни я, ни твоя бабушка, и уж тем более твой папа — не можем быть в безопасности. Думаешь, если бы тот вампир захотел убить не только тебя и Лукрецию, то его бы что-то остановило? Думаешь, его бы остановило расстояние с твоей матерью? — под конец его голос звучал всё жёстче.
— А я тебе отвечу, детка, — нет, его бы не остановило никакое расстояние, если все вампиры так же быстры, как и твоя сестра, — бабушка поджала губы. — Лукреция лишь чудом пережила все те пытки, которым её подверг тот вампир. Как думаешь, она бы смогла выжить, не укуси он её? Ведь так вампиры обращают людей в себе подобных, с помощью укусов, не так ли? — после слов бабушки Белла побледнела, словно только сейчас до неё дошёл смысл произошедшего.
— Так… — Белла нервно вздохнула.
— Как вижу, до тебя начало доходить, — жёстко отметила бабушка, продолжив: — Представь, что бы случилось, не обрати вампир Лукрецию. Как думаешь, мы бы перенесли её смерть? За эти пять дней, кажется, я поседела больше, чем за всю свою жизнь, и только потому, что не знала, где твоя сестра. С тобой-то всё действительно обошлось, в то время как Лукреция подверглась тяжёлому обращению. А не обратись она, что бы мы делали? Твой дед тяжело болен, хотя ты об этом не знаешь, и я бы пережила его ненамного дольше. Как бы ты смотрела в глаза родителям, зная, что на самом деле произошло с Лукрецией? Ты бы спряталась? Не шла на контакт? — она едко расписала возможный вариант будущего, вгоняя жёсткими вопросами Беллу в ступор.
— Я не…
— О нет, я договорю, — бабушка не дала Белле вставить и слова в своё оправдание. — Благодаря твоей неосторожности, эгоистичности и легкомысленности со света бы сошла не одна только твоя сестра. Умерли бы мы, и не думаю, что твой папа, с которым Лукреция невероятно близка, смог бы счастливо жить, не зная, куда делась его старшая дочь, постоянно поддерживающая с ним контакт, в отличие от младшей. Думаешь, сердце твоей матери осталось бы на месте? Считаешь, что оно все те пять дней было на месте, пока она лежала дома у твоих холодных дружков?! Пойми, милая, мир не вертится вокруг одной только тебя. Все твои действия, все твои решения цепляют не одну тебя, но и твоих близких. Не будь у тебя семьи — и ты, и вправду, могла бы делать всё, что твоей душе угодно, всё, чего могла бы только пожелать. Но у тебя есть семья. У тебя есть сестра, у тебя есть отец и мать, а ещё у тебя есть мы, и этого нельзя игнорировать.
— Я не согласна! — Белла попыталась подняться со своего места, но рухнула на диван, неуклюже дёрнувшись. — У меня есть Лу, есть мама и папа — но нет вас! Вы, вместо того, чтобы быть с нами всё время, оставили маму без какой-либо помощи! И всё только потому, что она захотела выйти замуж за папу! И ещё смеете попрекать мне болезнью деда, о которой я не имела ни малейшего понятия!