- Ага, щас! Не пойду я на заднюю, - завизжала Шилова.
Дина Соколова, Ира Шилова и Ася Петрова были такими местными «взрослыми» девочками. Красили губы темными помадами и очень сильно выделяли глаза. Соколова у них была лидером, всегда одевалась максимально вызывающе. Бегала на переменах за угол школы и в основном общалась со старшими классами. Разве что делала исключение для Кротова: с ним она могла мило потрещать и злорадно посмеяться над одноклассниками. Петрова и Шилова старались не отставать от неё, но всё же снисходили иногда до того, чтобы списать у хорошистов, которые пускали слюни, когда они к ним обращались.
- Так, Шаталов, Соколова, прекратили, - голосом не терпящим пререкания, резко начала Наталья Михайловна. — Никто из вас никуда пересаживаться сейчас не будет. Вас вообще нужно рассаживать в разные концы класса. Постоянно разговоры на уроках. Соколова, не забывай про оценки, постоянно дотягиваем хотя бы до четверки. А ты, Шаталов, с Синицей, вообще на тройки скатываетесь.
- Ну, Наталья Михайловна, - наигранно плаксивым голосом начала Соколова.
- Так, всё, - резко ответила классная.
- Филиппов, есть желание пересесть к Кате?
- Я?! — несколько растерянно ответил Денис Филиппов. — Да я даже не знаю. Ну можно, - как-то резко тут же добавил он.
- Значит всё, договорились. Завтра можешь пересаживаться, - подытожила Наталья Михайловна.
Все участники этой перепалки недобро посмотрели на Филипова. Но спорить с Натальей Михайловной никто не смел. Один Шаталов громко сопел и бубнил что-то себе под нос.
Филиппов растерянно уставился в пустоту, а Катя Жуева, которая, видимо, была рада, что никто её не пытается пересадить с последней парты второго ряда, уткнулась в тетрадку.
Краем глаза я заметил, как Соколова повернулась к Кротову и едва заметно пожала плечами.
- Ну а ты, Крылов, с завтрашнего дня сидишь на третьей парте, с Дружновым, - обратилась классная ко мне.
Я в знак принятия и согласия едва кивнул головой и добавил, - Хорошо.
С этого дня моим новым местом в классе стала третья парта в первом ряду у окна, сразу за Викой Лисовой.
За прошедшие неполные четыре недели я четко смог понять, на сколько групп разделён класс. Во-первых, это была группа Кротова, с Чирковым и ещё четверо с его ряда. Они сидели на третьем ряду: Кротов на третей парте, Чирков на последней и четверо дружков рядом.
Второй группой были отличницы. Сказать, что у них был какой-то выделенный лидер, наверное, было бы нельзя. Они просто скучковались на первых двух партах второго ряда. Мне кажется, каждая из них считала себя лидером. Конечно, особенно выделялась Симонова. Их главным мерилом крутости было количество поднятых рук и заработных пятёрок. Естественно, как только кто-то из них пытался обскакать Симонову, у них начинались разборки, то ещё зрелище.
Третья группа - это три самодовольные фифочки во главе с Соколовой. Вот за кем было интересно наблюдать. Они настолько были уверены в своей уникальности и избранности. Являлись ходячими сборниками школьных сплетней и, самое главное, не стеснялись их обсуждать достаточно громко, чтобы я их услышал. Соколова с первого дня сделала вид, что меня не существует, собственно, я решил поступить точно также. Её верные спутницы все же пытались заговорить со мной. Максимально высокомерно. И по большому счёту их интересовало, можно ли у меня списать. Ася Петрова немного выбивалась из их тройки: была, что ли, добрее, и чем дальше, тем больше я убеждался, что она попала под влияние Соколовой.
Ну а четвертой группой был весь остальной класс. Все разбились на парочки, а кто-то вообще держался особняком, как, например, Антон Лагаев, которому не повезло сидеть перед партой с Кротовым, и его постоянно доставали его дружки. Парень он был мягкий, за что его нещадно булили.
Вика для меня была одна большая загадка. Как и сказал Глеб в первый день, она общалась со всеми и ни с кем одновременно. Она была приветливая и улыбчивая. В целом, к ней относились все хорошо ну или, по крайней мере, нейтрально, как Соколова. Даже со своей соседкой по парте она общалась не больше и не меньше, чем со всеми остальными. Она была, на мой взгляд, очень прямолинейная, могла прямо в лоб ошарашить каким-нибудь вопросом. Хотя мне всё больше казалось, что она просто издевается над другими, ставя их в неловкое положение. Особенно доставалось моему соседу по парте Максиму.