По большому счёту, мой новый класс был похож на тысячи десятых классов среди тысяч школ по всей стране. Разве только, я учился именно в нём.
Глава 5. Спорт дело опасное
К физкультуре у меня всегда было неоднозначное отношение. Не могу сказать, что я её прям не любил. Наверное, было правильнее сказать, что мне не нравились некоторые виды спорта. К примеру, я точно не любил футбол, я мог поиграть, если надо, но без какого-то азарта и точно без удовольствия. Не слушался меня мяч, норовя выскочить из-под ног или полететь совершенно в другую сторону. Это же относилось и к баскетболу: с одной стороны рост позволял мне играть, но вот мяч был моим главным противником.
- Лагаев, держи!, - Чирков швырнул грязным носком в Антона.
Лагаев не успел среагировать, и носок прилетел аккуратно на колени, пока он завязывал шнурки на кедах. Он быстро вскочил и скинул его с себя.
- Сюда принеси, - с мерзкой улыбкой процедил Чирик.
- Твой носок - ты и забирай, - Лагаев машинально отряхивался от невидимой глазу грязи.
- Ты чё там вякаешь?, - процедил Чирик. — Ну-ка, Миха, дай ему свои портки нюхнуть.
Миха Сыркин, очень крупный парень, сосед по парте Чирика и его вечный спутник, снял с ноги носок и кинул им в Лагаева.
Тот снова постарался увернуться, и носок, едва задев его, упал рядом с противоположной стеной.
- Вот, Лагаев, теперь ты два носка принесешь, - Чирик встал, и следом за ним Сыркин. — Принесёшь и аккуратно сложишь нам в туфли. И только попробуй не принести. Попрощаешься с мордой, ты понял?!, - с этими словами они оба вышли из раздевалки.
Лагаев стоял посередине раздевалки с лицом, наполненным безысходностью. Мимо него прошёл один из приятелей Кротова и, похлопав его по плечу, с усмешкой сказал: - Давай Антоха, не беси их. Как товарищ, советую прибрать носочки.
В раздевалке стояла неловкая тишина. Никто особо не хотел связываться с этой компанией. Кротов как ни в чём не бывало, переоделся и вышел из раздевалки. Сделав вид, что ничего и не происходило, за ним вышли все остальные дружки.
- Антон, ты чё как баба, - пробасил Лось. — Так на тебе постоянно будут ездить, - и выйдя, сильно хлопнул дверью.
Остальные ничего не стали говорить и как-то стыдливо, пряча глаза, вышли из раздевалки. Мы с Лагаевым остались вдвоём.
Сидя на корточках и оперевшись одной рукой на колено, я завязывал шнурок на втором кроссовке. Лагаев, опустив голову, медленно подошёл к скамейке, которая стояла вдоль стены, под вешалками и как-то осел на неё возле своей одежды. Он уставился куда-то вдаль, глаза стали блестеть.
- Антон, - не отрываясь от кроссовка, сказал я, - Ты сам смотри, но я бы послал их на хер, - я оторвался от шнурка и посмотрел на него.
- Сейчас стерпишь, так и дальше будет, а то и хуже.
- Ты не понимаешь, - начал Лагаев.
- Да всё я понимаю, - перебил я его. - Ссышь ты, - грубо, но без злобы сказал я. — Все мы иногда ссым. Но с каждым разом, когда поддаёмся, мы только сильнее себя топим. И кажется, что уже по другому не можем.
- Тебе легко говорить, ты только пришёл. А я всю жизнь в этом классе. Эти уроды достали меня уже. Как Кротов пришёл, вообще проходу не дают.
- Ну и что, что я только пришёл? Ты думаешь, что если перейдешь в новую школу, что-то поменяется? — Лагаев молчал, - Смотри сам, они все равно ничего сделать не смогут. Сейчас выстоишь, потом сам собой гордиться будешь, - с этими словами я встал и пошел к выходу и, уже когда был в дверях, добавил: - Но потерпеть придётся.
Не скажу, что я любил драться, скорее наоборот. Я старался по возможности избегать драк. Сколько бы ты не дал в рожу, найдется рожа, которая сильнее тебя. Но иногда обстоятельства складываются так, что ты уже вынужден пойти на крайнюю меру. Тем более, если ты сам довёл ситуацию до такой ситуации. Тут уже делать нечего, сжимаешь кулаки и зубы и терпишь. Дальше - как повезёт: или ты, или тебя, но отпор дать надо. В следующий раз уже могут и не полезть, а если полезут, то будут знать, этот может и огрызнуться.