Все резко начали возмущаться: следующим уроком была «физра», нужно было успеть переодеться. Но не смотря на все возмущения, никто не вышел из класса. Даже последние парты третьего ряда остались сидеть с высокомерными ухмылками.
Пётр Геннадьевич, понимающе улыбался, сидя у себя за столом, и не вмешивался в происходящее. Скорее всего, ему было интересно, что приготовили девчонки.
Все девочки сгрудились возле доски, словно маленький женский хор. Впереди стояла Симонова; Соколова со своими подружками стояли самые последние и без остановки ржали.
- Девочки, - в конце концов одёрнул их учитель.
- Мальчики, - начала нараспев Симонова, - Мы от всей души поздравляем вас с 23 февраля. Желаем вам оставаться всегда сильными и мужественными. Желаем побороть свои страхи и уверенно идти к своим целям. Чтобы вы не сомневались в вашем выборе. Мальчики, будьте победителями в жизни. Умейте всегда постоять за себя и своих близких.
С последними словами девочки захлопали и дружно прозвучало «С 23 февраля!».
- У нас для вас есть небольшие подарки - продолжила Симонова, когда все немного успокоились.
Девочки пошли между рядами, раздавая небольшие футляры. К нам с Максом подошла Вика с Колокольниковой.
- Максим, - на удивление не по фамилии обратилась Маша, - Ты, конечно, мне, - она запнулась и на секунду замолчала, - вернее, нам с Викой постоянно мешаешь. Но всё равно, вот тебе, - последние слова она скомкала, а её щеки сильно покраснели.
- Кирилл, - в голосе Вики не было и намёка на обиду, - Софа сейчас пожелала вам не сомневаться в своём выборе. Я бы хотела пожелать, чтобы ты со всей ответственностью подходил к своим решениям.
Вручая мне футляр, она, не отрываясь, смотрела мне в глаза. Её пальцы коснулись моих, нежные прохладные как в тот первый раз; ещё секунда и сердце разорвало бы мою грудь. Она смотрела на меня, понимая, что я чувствую наши прикосновения. Я не выдержал и первый разорвал эту связь.
- Вика, пошли уже, - пряча раскрасневшееся лицо, торопила её Колокольникова.
Всё длилось какой-то миг, но мне показалось, прошло не меньше пяти минут, и все смотрели, как мы стоим, замерев, держась за футляр.
- Кирилл, давай уже пошли, - нетерпеливо нудел Макс, - Ещё переодеться надо.
Когда мы вошли в раздевалку, там уже вовсю суетились ребята, стягивая с себя брюки и переодеваясь в спортивную форму.
Не успел я зайти, ко мне подскочил Чирков: - Растрепал, думаешь тебя это спасёт? — и с силой толкнул меня в плечо.
Рюкзак соскочил с плеча и повис у меня на руке. Я тут же отбросил его и подлетел вплотную к Чиркову: - Ответь, что это я был? — мой голос начал подрагивать от нарастающего напряжения.
Чирков толкнул меня в грудь и тут же ударил в бок со всей силы. Удар пришёлся в край ребер. Инстинктивно я схватился за них, но через мгновение, вцепившись в футболку Чирка, полетел вместе с ним на лавку вдоль стены.
Чирик ударился спиной о стену и повалился на скамейку вместе со мной. К нам подскочил Сыркин с Кашиным. Вцепившись в мои руки выше локтя, они оттащили меня от своего дружка.
Вырвавшись из их рук, я, тяжело дыша, смотрел на поднимающегося Чирика.
- Молись, чтобы я тебя не убил! - прорычал Чирик, сбивающимся голосом.
- Силёнок-то хватит?!
- Завались, пернатый! А то я тебя сейчас тут урою, - не смотря на слова, в голосе Чиркова поубавилось уверенности.
Подойдя к месту, где переодевался, схватил первый попавшийся ботинок и метнул его в меня. Я едва успел отскочить, он с громким хлопком ударился о противоположную стену.
Все, кто был в раздевалке в этот момент, замерли ожидая продолжения. Лосев даже завис со шнурками в руках, наклонившись над кедами.
Кротов был единственный, кто всё это время не спеша продолжал переодеваться. Словно ничего не происходило, он поправил футболку и, не глядя в нашу сторону, вышел из раздевалки. Чирков, продолжая сыпать оскорблениями, вышел следом.
- Нафига моим-то было? — с обидой в голосе сказал ему вслед Сыркин.
Он подошёл к ботинку, с трудом наклонился, что-то бормоча себе под нос, забрал его и тоже вышел.
- Ну, Кирюха, выхватишь ты сегодня, - усмехаясь, сказал Лосев, вставая со своего места и подпрыгнув, критично посмотрел на свои шнурки.