- Соколова? - удивлённо переспросил я.
- Да, - коротко, уверенно подтвердила она.
- Вы можете толком объяснить, что случилось? - Колокольникова непонимающе крутила головой, пытаясь найти ответы в наших глазах.
Зазвенел звонок, и одновременно с ним в кабинет зашёл Пётр Геннадьевич. Все встали из-за парт, приветствуя учителя.
У доски стояла Шилова и никак не могла понять, что от ней хочет математик.
- Ирина, ну и что мы должны записать?
- Пётр Геннадьевич, я не очень поняла условия, - плаксивым голосом произнесла Шилова.
- В коробке тридцать шаров. Одиннадцать синих, семь зелёных, остальные оранжевые. Какая вероятность, что ты вытащишь оранжевый? — терпеливо повторил учитель.
- А оранжевых сколько?
- Шилова, Вы сейчас серьёзно? - у математика заканчивалось терпение. — Кто хочет помочь?
Тут же, подпрыгивая на месте, вытянула руку Симонова.
- Лес руку, - печально констатировал Пётр Геннадьевич. — Ну что же Ирина, будем решать вместе.
Я сидел и был полностью погружён в свои мысли. Тема по теории вероятности мне далась достаточно легко и эту простенькую задачу я уже решил в уме. Но выходить к доске мне сейчас совсем не хотелось. Рассматривая Шилову, я никак не мог понять, как она могла связаться с Соколовой? Хотя если подумать, они были даже чем-то похожи. Больше внешность и типажом, чем характером.
Оторвавшись от Шиловой, я посмотрел на Соколову. Сейчас её внешность казалась скорее отталкивающей, чем привлекательной. Ещё с того дня как она выдернула у Вики пакет, моё отношение с нейтрального стало презрительно-брезгливым. Словно я боялся испачкается при общении с ней. После сегодняшнего случая я окончательно убедился, что она подлый и беспринципный человек.
- Наконец, наконец-то Ирина! - воскликнул учитель. — Конечно, в начале нам нужно найти количество этих оранжевых шаров. И только потом мы поймём, с какой вероятностью мы вытащим именно его.
«И только потом мы поймём...» крутились у меня голове слова Пётра Геннадьевича. А может быть, мы вообще неправильно представляем себе ситуацию.
Хвостик, туго стянутый резинкой, едва заметно подрагивал от движений его хозяйки. Вика что-то усердно писала, периодически поглядывая на доску.
Звонок с урока спас Шилову от дальнейших мучений. Она, повеселев, бросилась к своему месту, словно там она под особой защитой.
- Ирина, на следующем уроке продолжим, - со вздохом произнёс ей вслед учитель и, взяв журнал, вышел из класса.
Не успели мы встать из-за парт, как в кабинет зашла Наталья Михайловна.
- Минуту, не расходимся, - смотря на нас из-под очков, прозвучал еë привычно строгий голос. — Сегодня после уроков задерживаемся. Все классы участвуют в уборке территории.
По рядам пробежался протяжный недовольный стон.
- Наталья Михайловна, почему сегодня? Мне ещё надо успеть к репетитору, - застонала Смирнова.
- Софья, - разжалобить нашу «классную» было не так просто. — Ничего страшного не случится, если ты задержишься минут на тридцать. Ещё есть вопросы? — все молчали. — Ну вот и хорошо. После уроков ко мне в кабинет.
- Наталья Михайловна можно вас на пару слов? — вдруг произнёс Кротов.
- Да, Стас.
- Можно выйти? Это личное!
Они вдвоём вышли из класса, закрыв за собой дверь.
Глава 17. Коробка с насекомыми
Округлые макароны никак не хотели нормально накалываться на вилку. Я ковырял их слегка искривлёнными зубцами, пытаясь понять, какой они формы. Предрассудков на счет макарон с котлетой у меня никогда не было, но вся эта ситуация на первом уроке испортила мне аппетит. И в столовую пошёл только из-за Макса.
Весь последний урок математики он без остановки ныл, как ему хочется есть, и вот ещё немного, и упадёт в голодный обморок. Он вообще отличался отменным аппетитом, по-моему, в любой ситуации.
Мы сидели за столиком в углу столовой вместе с Шаталовым и Синицей.
- Вот я одного понять не могу, - набивая рот винегретом, вещал Шаталов. — Чё он их терпит?!
- Согласен, давно бы уже в морду дал. Одному, второму, - Синица сделал движение рукой словно наносит удар, из-за чего булка, которая в ней была зажата, чуть не выпала на пол.