Моё лицо начало заливаться краской, было ощущение, что горят даже уши. Всё это время я чрезмерно пристально смотрел на её ногу: - Извините, - выпалил я и выскочил из кабинета
Выйдя в коридор, я подошел к окну напротив двери в медпункт и устало прислонился к подоконнику. Усталость была скорее не физическая, а эмоциональная, вся эта стремительно развивающаяся ситуация выбила у меня почву из-под ног.
Решив, что нужно дождаться, пока Вику не выпустят из кабинета, я уставился в окно, из которого было видно спортивное поле. Девчонки продолжали играть в волейбол, больше попадая мячом в сетку, чем перекидывая через неё. Эдуард Эдуардович ходил вдоль шеренги бегунов и что-то очень эмоционально говорил, размахивая при этом руками.
Не смотря на то, что некоторым трудно было стоять, и они, наклонившись, уперлись руками выше колен, он всё-таки не был доволен результатами.
Закончив свою речь, физрук безнадёжно махнул рукой, и все начали расходиться. Следом потянулись девчонки, бросив мяч прямо на волейбольном поле. Когда все уже скрылись из виду, снова показалась Симонова, которая подбежала к мячу и, подняв его, посеменила обратно.
Мне нужно было идти забирать вещи из раздевалки, но я не мог решиться, чтобы уйти, что-то держало меня.
В окне замаячили знакомые фигуры: Лагаев и Чирков шли в окружении половины пацанов класса. Среди прочих, узнавались фигуры Соколовой и её подружек. Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Кротов сдержал своё обещание.
За спиной хлопнула дверь, я резко обернулся: на пороге стояла Вика с туго обмотанной нагой.
- Что-то случилось? — видимо, моё лицо говорило за меня.
- Да, там Лагаев с толпой пошёл за школу.
- Вика, а ты куда собралась? — донёсся голос из кабинета.
- Татьяна Александровна, я тут постою, - она начала прыгать на одной ноге в мою сторону. Спохватившись, я взял её за руку и помог подойти к окну.
Медсестра очень грозно смотрела на нас: - Твою одежду кто-нибудь принесёт?
- Там Маша Колокольникова, она должна подняться.
- Ох, уж эти дети, - Татьяна Александровна вышла из кабинета и пошла в сторону центральной лестницы.
- Спасибо тебе, - Вика стояла возле подоконника, оперевшись на него руками, и смотрела вниз.
- Пожалуйста, - смущённо произнёс я.
Внезапно из-за угла школы, за которым мы до этого разговаривали с Кротовым, вылетел Лагаев, а за ним Чирков.
Чирик, не останавливаясь, наносил удары по телу Антона, а он как мог защищался. В какой-то момент, размахивая руками, Антон попал по голове Чиркова, тот пошатнулся и упал на спину. Прошло всего мгновение, он снова подскочил и бросился на Лагаева.
Из-за угла показались дружки Чиркова и некоторые парни из класса, впереди всех стоял Сыркин. Мы молча наблюдали за дракой с третьего этажа, с этого ракурса она не казалась такой уж страшной. Но я представлял, что творится сейчас внизу, и винил в этом себя.
Антону снова удалось задеть Чиркова, но тот устоял на ногах. Разница в росте была в пользу первого, но не давало особого преимущества, на фоне опыта и некоего безумия второго.
Пропустив удар, Лагаев схватился за лицо, свободной рукой продолжая удерживать Чирика на расстоянии. Даже отсюда было видно, что у него пошла кровь.
Чирик остановился и что-то сказал Антону. Они стояли друг напротив друга и тяжело дышали. Ещё секунда и Лагаев бросился на Чиркова, не дав тому даже пошевелиться. Они упали на землю, катаясь по земле в школьной форме, продолжая наносить удары друг по другу.
- Сыркину уже терять нечего, - я вздрогнул от неожиданности, голос Вики был грустный и наполненный какой-то неизбежностью. — После той драки с тобой его сейчас никто не уважает. А Чирик его заставит.
Я осознал, что стоит только Чирику начать проигрывать, Сыркин обязательно вмешается, как в тот раз.
Вика продолжала смотреть в окно на катающихся внизу одноклассников. Её глаза были широко раскрыты, она даже не моргала. Темно-зелёные глаза, которые так всегда меня смущали. Только сейчас я заметил, что у неё на шее надета тонкая золотая цепочка, а на груди висит маленькая голова лисы.