- Ребята, давайте потише! - раздался возмущенный голос Зои Степановны.
Мы с Викой одновременно наклонились, чтобы поднять тетрадь. Ближе к её стороне лежала «валентинка». Видимо, она попала между листов, пока тетрадь была у меня в рюкзаке.
- «Валентинка», - со странными нотками грусти произнесла она, подбирая её с пола. — Держи, - и протянула её мне через весь стол.
-Вика, - я осёкся, не понимая, что хочу сейчас сказать и вообще, хочу ли.
Она положила маленькую открытку на мою сторону.
- Это не моя, - всё смущение, которое только что не давало мне нормально разговаривать, вдруг испарилось, словно и не было его.
- А ты зачем чужие с собой таскаешь? — в голосе одновременно звучало недоумение и подозрительность.
- Это твоя, - твёрдо ответил я.
- Моя?!
- Возьми, прочитай.
Вика аккуратно взяла сердечко, открыла и замерла. Её глаза остановились на развороте и едва заметно начали блестеть.
- Почему ты мне её сразу не подарил? — она не отрывалась от «валентинки».
- Да там такая история странная получилась, - я даже не знал, стоит ли вообще её рассказывать.
- А расскажи, - она закрыла сердечко и положила перед собой на стол. Её лицо было каким-то удивительно добрым и открытым. На мгновение я увидел в ней самого близкого человека.
- Да там рассказывать особо нечего, - смущение снова накатило на меня, словно контроль ускользнул у меня из рук. - Я бросил её в ящик, но почему-то до тебя она не дошла. А недавно случайно нашёл её в кабинете биологии. Это всё.
Вика очень внимательно смотрела на меня; и на моих глазах выражение её лица снова становилось чуть безразличным с тонким налётом постоянной иронии.
Она взяла «валентинку» в руки и начала её крутить, будто в этот момент принималось очень серьёзное решение.
Молчание начало затягиваться, я нервно заёрзал на стуле, не понимая, что происходит.
- Вика? - аккуратно спросил я.
- Спасибо! Ты знаешь, что моя первая настоящая «валентинка», - её голос немного дрожал, каждое слово было наполнено благодарностью.
- Пожалуйста, - не до конца понимая, в чём дело, вырвалось у меня.
- А хочешь узнать, почему так получилось? — в её глазах разгорался яростный огонь, взгляд был непривычно жёстким.
- Давай, - уютный теплый мир библиотеки, в мгновение стал холодной и безжизненной пустыней.
- Наша Евгения Максимовна была очень неосмотрительная, когда училась в университете. И стала «обладательницей» очень пикантных фотографий. Настолько пикантных, что, по-хорошему, лучше бы их и не было. Было и было, с кем не бывает, - её голос и речь были так не похожи на привычную мне Вику. Это была не моя ровесница, а девушка старше меня и опытнее. — Но так сложилось, что эти фотографии попали в руки не самого хорошего человека. Случайно, уже наверно даже никто и не узнает, как это случилось. Так уж устроено, что не самые хорошие люди окружены такими же людьми. И теперь нашу любимую учительницу по биологии держат на коротком поводке, - она подняла руку, сжатую в кулак, и сделала жест, словно отдёргивает собачий поводок.
Внутри всё сжалось от её слов, холодных, без капли сочувствия. Я посмотрел на свою одноклассницу, которая каких-то пять минут назад была самым близким и красивым человеком на земле.
А теперь передо мной сидел жестокий незнакомый мне человек, который знает и видит то, о чём другие даже не догадываются. Видит постоянно человека, которого лишают свободы. И вот он сидит и так просто об этом рассказывает.
- Кирилл, не надо так смотреть на меня. Если бы я могла помочь, - её голос стал печальным и очень тихим, я едва понимал, что она говорит. — Прошу тебя, давай это останется между нами?
- Конечно, - я даже не задумывался.
Передо мной сидел не жестокий и циничный человек, а Вика, которая готова помочь, но не может и вынуждена молча наблюдать за этой мерзостью.
- А Кротов…, - мне не дали договорить.
- Кирилл, за что мне это?! — со стонами рядом сел Макс.
- Максим, я просто попросила тебя помочь разобрать шкаф. Я что должна была сама всё это доставать? — Маша опустилась рядом с Викой, сложив руки на груди. — Я не виновата, что та коробка упала на тебя.