- Может и не стоит…— задумчиво ответил я.
Только вот думал я совсем другое. Образ Вики, который постоянно крутился в моей голове, порождал в моей груди непонятное и совершенно новое для меня ощущение.
Стоило мне, лёжа на кровати, да даже просто, к примеру, в автобусе, подумать о ней, как хотелось свернуться в клубок и прижать к груди что-то теплое. А может, не что-то..?
Видимо, погода распугала большинство из класса, пришли самые стойкие, либо те, кому было не так далеко добираться.
Анатолий Петрович шёл со стороны боковой лестницы в окружении Симоновой, Зотовой и других отличниц.
- Девочки, давайте не здесь. Сейчас зайдём в класс и всё обсудим, - обращался он к ним своим размеренным голосом.
Не успел он открыть класса, как на него посыпались очередные вопросы. Что будет? Какой порядок? И всё в таком духе.
Мы расселись по своим местам, класс даже не был заполнен на половину. К моему сожалению, впереди сидела только одна Колокольникова. На третьем ряду сидел только Антон.
- Ну что же, давайте начнём, - встав возле доски, начал Анатолий Петрович.
- Извините, - раздался знакомый голос со стороны двери, - Можно?
В дверях стояла Вика, держа в руках сложенный зонтик. Моё сердце отреагировало моментально, словно оно только и делало, что ждало, когда я её увижу.
- Вика Лисова, проходи, конечно, - в своей манере пригласил её историк.
Вика прошла вдоль рядов и заняла своё место передо мной.
- Привет, - шепнула она своей соседке, вытаскивая тетрадь.
- Анатолий Петрович, - раздался безжизненный голос. Не дожидаясь ответа, в класс зашёл Кротов и сел на своё место.
Учитель измерил его взглядом и, пропустив приветствие, продолжил: - Как вы, наверное, догадались, завтра у вас экзамен по моему предмету.
- Действительно? — едва слышно съехидничал Макс.
- Хватит, - пытаясь сдерживать улыбку, я слегка ударил его по ноге.
- Для начала мне бы очень хотелось, чтобы вы меня услышали. — продолжил историк несвойственным ему голосом. — Если кто-то будет уличён со шпаргалками либо любой другой формой списывания, он будет отстранён от экзамена, и в следующий раз мы уже встретимся осенью. Надеюсь, с этим у вас вопросов возникнуть не должно, - в классе стояла гробовая тишина, никто не ожидал, что всегда доброжелательный Анатолий Петрович окажется столь суровым к списывающим.
Удостоверившись, что вопросов у нас нет, он перешёл на привычный тон и продолжил. Историк отвечал на бесконечные вопросы со стороны Симоновой, которой вот прям всё было непонятно. Начиная от того, как мы все зайдём, и заканчивая процедурой вытягивания билета.
- Софья, - в голосе учителя начинали проявляться нотки раздражения. — Ты так переживаешь, как будто первый раз будешь сдавать экзамен.
- Анатолий Петрович, вы не представляете как я переживаю, - искренне пролепетала Симонова, опустив голову.
- Софья, я уверен, что тебе нужно переживать меньше всех. Если бы у меня была возможность поставить тебе «автомат», как это иногда делают в институтах, ты бы его обязательно получила.
Судя по выражению лица, Симонова не очень-то прониклась словами историка. Учитывая, как она всегда нервничала из-за оценок, экзамен для неё был вершиной всего учебного процесса.
Постепенно нарастающий гул от перешëптываний давал понять, что всем уже изрядно надоело тут сидеть. Анатолий Петрович достаточно подробно рассказал, как именно будет проходить экзамен, по сколько сдающих будет заходить, время начала, ну и, конечно, ответил на наиболее сложные вопросы билетов.
- Пошли потом в «Бульвар» сходим, - тихо прошептала Вика своей соседке.
- Ой, Вика, прости, пожалуйста. У меня вообще никак не получается. Мне нужно сразу домой. Завтра экзамен, а мама дел нарезала.
- Ясно. Ну ладно, пойду тогда одна схожу.
Став невольным слушателем этого разговора, в моей голове начал формироваться план. Сначала это была мимолётная мысль, но постепенно она выкристаллизовалась. И вот, во мне уже было стойкое желание пойти с Викой.
Я чиркал ручкой на полях тетради и думал над словами Кротова. С одной стороны, моё только что сформированное желание подталкивало меня найти повод пройтись с Викой. Но с другой, его угрозы могли быть действительно реальными. Оставалось только гадать, на что он способен.