-Чирков, Крылов, обратно вернулись!, - раздался знакомый голос.
Сзади стояла Наталья Михайловна, с неизменным грозным выражением на лице.
- Крылов, что, первый день и уже дружков нашёл покурить?
Чирик несколько растерянно посмотрел на меня, и заискивающе заулыбавшись, ответил: - Наталья Михайловна, ну как Вы могли подумать?! Мы просто решили показать новенькому нашу коробку. Вы же знаете, я не курю, - он театрально развёл руками.
- Ну да, зимой?!, - не меняя интонации, ответила «классная».
- Крылов, а ты что молчишь?
- Наталья Михайловна, это какое-то недоразумение, - как можно наивнее начал я, - У меня нет столь вредной привычки. Я вам больше скажу. Я даже не пробовал курить. А с ребятами мы действительно пошли на спортивную площадку. Они рассказывали, что у вас турники стоят (как же наигранно звучали мои слова, кто вообще мог в них поверить?!)
Учительница смерила нас проницательным взглядом:
- Быстро в школу, и чтобы я вас тут больше не видела. Крылов, вспомни наш разговор утром. Надеюсь, ты не доставишь мне проблем, - она развернулась и пошла в сторону входных дверей.
- Надо же, какие мы благородные, - съязвил Чирков. — Но ты не думай, что всё так легко закончится. Мы с тобой ещё поговорим. Ладно, пошли, - обратился он к своей группе поддержки.
Меня резко отпустил адреналин и забила мелкая дрожь. Всё прошло как я и рассчитывал. Симонова не могла не пожаловаться «классной», ведь утром я лишил её возможности покрасоваться перед всеми своими знаниями. И такого выскочку как я нужно было поставить на место, а нет ничего лучше, чем сдать по горячим следам.
Наверное, если бы на моём месте был кто-то другой, тот, кто уже не первый год учится в школе, вряд ли бы Наталья Михайловна побежала: курит да и ладно. Можно подумать, мало бегают за угол школы. Но когда речь зашла о «новеньком», ей нужно было меня поставить на место. Для неё важен неоспоримый авторитет.
С меня было достаточно на сегодня. За один первый школьный день произошло столько, что для некоторых бы хватило на всю школьную жизнь. Остаток уроков прошёл в спокойной обстановке.
Математик, на удивление, оказался приятный мужик. Он конечно не так интересно рассказывал, как историк. Но постоянно шутил и вёл урок очень живо, я даже не заметил, как прозвенел звонок.
Квашнину ничего объяснять не стал, возможно, мне ещё пригодится миф о том, что я курю. Ну а сказать, что бросил, всегда можно успеть. Но после того разговора, он сидел насупленный и разговаривал полу-фразами. А большего мне и не надо было, хватит с меня на сегодня его болтовни.
Разочарованием для меня стал урок химии. Мне нравилась химия: с самого первого года изучения этого предмета у меня ни разу не было оценки ниже пятёрки: ни в четверти, ни за год. Учителем химии в прошлой школе была молодая женщина, блондинка с длинными волосами. Наверное, все парни без исключения были тайно в неё влюблены.
Не знаю, являлась ли моя симпатия к ней итогом моей успеваемости, но факт остаётся фактом. На её уроках всегда было весело, но и спросить по своему предмету она могла по полной. Так что халявной пятерки просто так было не получить.
А вот мой новый учитель химии был полной противоположностью. Монотонная речь и полное отсутствие интереса к своему предмету вызывали сплошное отторжение. Казалось, что она не только сама не понимает о чем говорит, но даже ненавидит предмет.
- Одноатомные спирты, содержат одну гидроксильную группу. Пример: метанол, этанол, - монотонно бубнила она. — Записали?
- Да, Ольга Ивановна, - отрапортовала Симонова.
- Извините, какой второй пример? — поднял я руку. Было слышно, как Симонова цокнула языком.
- Этанол, надо успевать записывать, - без какой-либо интонации ответила химичка. Уткнувшись в тетрадь, я пытался совладать со своей улыбкой.
Раздался спасительный звонок, все повскакивали с мест, не обращая особого внимания на продолжающую что-то говорить Ольгу Ивановну.