Пролог
Отблески зари
Мы, как всегда собрались на Пасху у нашей «мамы». Она похоронила двух своих молодых сыновей, а затем и мужа, брата. Остались только внучки и мы, две снохи. Кулич, пасхальные яйца и разговоры, иногда переходящие в пение. Три поколения собрались в этом чарующем пространстве нашей любимой «мамы». И каждому здесь уютно, тепло, под крылом ее сердечности.
Я вышла покурить во двор многоэтажки. Вредная привычка, приобретенная во взрослом, почти солидном возрасте осознанно не желала бросаться. Я отошла за угол дома, подальше от детской площадки. Свежий морозный воздух разбавлялся дымом сигарет с ментолом и наполнял легкие. Голова слегка закружилась. Постояв еще минутку, глядя в небеса, вернулась обратно, в нашу дружную компанию.
Стоило мне удобно устроиться на диванчике, как в дверь постучались. Пошла открывать. На пороге сосед, слегка подвыпивший, искренне старался поздравить с праздником. Я включила свет в прихожей и предложила гостю присоединиться к нашей чисто женской компании, но он вежливо отказывался, аргументируя, что дома ждет жена.
Вдруг, он посмотрел в мои глаза и воскликнул: «какая же ты красивая». Я смутилась, стало немного неловко, на глазах предательски засверкали соленые капельки воды. Мне часто это говорят, но мозг все время ищет в таких словах подвох, поскольку потом следуют приглашения к более интимным отношениям. Я вдруг вспомнила, что говорили мне мальчишки в школе. У них словно ком в горле застревал, и вместо красивых витиеватых фраз выходило нечто несуразное. Только повзрослев, понимаешь многое…
Понимаешь, почему мальчишки дергают за косички, стараются словно случайно задеть, прикоснуться к руке или садятся сзади тебя, чтобы никто не отбирал твой карандаш, не ломал его и не запихивал за шиворот. Сзади. Были и те, кто преграждал дорогу, не давая пройти.
Глаза соседа тоже наполнились живительной влагой, и он поспешил уйти. Я закрыла за ним дверь и вернулась за общий стол.
- Ну, ведьма, приколдовала соседа – весело трещала подружка нашей «мамы», а она улыбалась, печально, трогательно, словно защищая своей улыбкой.
- У него жена болеет, рак у нее – произнесла свекровь. Все замолчали. Девчонки ушли в другую комнату. А мы запели песню: «Вот кто-то с горочки спустился», потом «Виновата ли я», потом еще и еще. Голоса старшего поколения звучали мощно, но с особой нежностью, словно всю свою любовь, всю боль, прожитую за годы, они вкладывали в слова песен. Наши голоса утопали в этом приятном, чарующем звонкоголосье, растворялись в нем, словно на подпевке. Молодежь хихикала в другой комнате, обсуждая наше хоровое пение. Как же здесь хорошо. Умиротворенно.
Вечерняя заря стучалась в окна, отдавая последние лучики уральского скупого весеннего солнца, отражалась от снежных заносов и играла всеми цветами радуги на маленьком сколе стекла на окне, на кромках зеркал, на хрустальных бокалах. Нежная ностальгия о первой любви закралась в сердце рыжим маленьким лисенком.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов