— А как по мне не очень, — вставила свои три копейки Агата, — сюда б декольте побольше. Выглядишь как монашка.
Сама говорившая облачилась в тёмно-синее платье с таким глубоким вырезом, что не нужно никакой фантазии. Достаточно сесть рядом, а ещё лучше встать сбоку.
Пришла Мили в невероятно идущем ей алом великолепии, и все переключили внимание на нее, позволив мне с облегчением выдохнуть. Не люблю критику, хоть и стараюсь этого не показывать.
Через несколько минут в библиотеку вошла распорядительница в компании неразлучных трёх мушкетёров. Она не стала тянуть и после короткой речи дала отмашку начинать.
Очередность нам была известна с завтрака, по окончании которого тянули жребий. Мне предстояло выступать последней, то есть двадцать восьмой.
Первой на возвышение взошла Маша. Ее выбор, к моему удивлению, пал на отрывок из письма Татьяны Онегину А.С. Пушкина. Читала она его не дурно, с выражением и паузами, где необходимо.
— Замечательное стихотворение, — оценила распорядительница, — позвольте узнать автора.
— Он, то есть я, перед вами — солгала Маша. Вот врёт и не краснеет, хотя не могла же она назвать истинного поэта. Мало ли.
— Если мне не изменяет память, вы прибыли к нам из небольшого городка, а не из деревни?
— Да, но согласитесь, Шубург по сравнению со столицей всего лишь захудалая деревня.
— В некотором роде, — согласилась сваха.
— Вы безумно талантливы, — похвалил Кристен. — Надеюсь, в будущем ещё услышать вас.
На протяжении всего чтения, я заметила, как землячка то и дело бросает взгляды на него, словно само это письмо посвящено ему. В этом нет ничего удивительного. Мужчина хорош собой. Явно родовит. Добрая половина участниц отбора надеется, что именно Кристен их жених.
Следующей на помост взошла высокомерная брюнетка, часто бросающая брезгливые взгляды на менее обеспеченных девушек и слуг. Стыдно признаться, но мне бы хотелось, чтобы она провалилась, но увы. Таких, как она, учат быть в центре внимания с детства.
Настала очередь Мили. Подруга очень нервничала, но стоило ей начать, как она отстранилась, полностью погрузившись в трагичную историю о любви. Естественно, ее прочтение получило заслуженную похвалу от всех, включая молчавшего доселе Морти.
Потом я отвлеклась, бросив взгляд за окно, за которым обнаружилась пара. Они, державшись за руки, бежали вглубь парка, изредка останавливаясь, чтобы поцеловаться. Судя по всему, им было весело вместе.
Я не привыкла подглядывать за посторонними, но что-то в девушке мне показалось знакомым. К сожалению, она не поворачивалась лицом, а когда же все-таки посмотрела в эту сторону, я не смогла сдержать довольной улыбки, потому что это была моя горничная Лина. Вот не зря марафет наводила. Чуяло мое сердце…
— Что ты там такого интересного увидела? — тихонько спросила Мили, которой не было видно эту часть парка из окна.
— Ничего, — тут же повернулась и внимательно уставилась на помост, за которым сейчас читала Кэтрин. Получалось у нее вполне неплохо, но ее стеснительность дала о себе знать. Она покраснела, как рак, но, к счастью, ни разу не запнулась, в отличие от другой красивой блондинки, которая в моменты своих ляпов быстро-быстро махала длинными ресничками, кокетливо наматывая локон на пальчик и поглядывая на мужчин.
Одна из девушек так заунывно что-то вещала, что я едва сдерживалась, чтобы не зевнуть.
И вот настала моя очередь. Изначально я выбрала другое стихотворение, но увидев выпавший из книги засушенный цветок передумала.
Цветок засохший, безуханный,
Забытый в книге вижу я;
И вот уже мечтою странной
Душа наполнилась моя…
Автор: Пушкин А.С.
Все время, пока читала, смотрела только на Рейнальда, который в свою очередь также не отрывал восхищенный взгляд от меня. Стоило мне закончить, он тут же произнес:
— Сражен наповал, благодарю!
От распорядительницы донёсся вопрос об авторе. Да простит, меня Александр Сергеевич, назвала себя.
Заняв свое место, поднялась сваха и объявила трёх девушек, не прошедших испытание по мнению жюри и покидающих отбор, среди них была та самая блондинка с длинными ресницами, но мне ее не жалко, а вот Кэтрин, на глазах которой тут же выступили слезы очень даже.
— Это еще не все, — продолжала она, — по результатам собеседования нас покидают леди Беатрис, леди Луиза, Агата, леди Виола и леди Жасмин. Все выбывшие должны отбыть на рассвете. Кареты будут вас ждать на подъездной аллее.
Девушки были не согласны с таким решением, но кто их слушал.