Пожав плечами, я завернула за угол и вошла в свои покои.
- Клара, подай мне чаю и, пожалуйста, поставь цветы в вазу.
Пока горничная отправилась готовить напиток, я достала толстую книгу принца и разложила ее на столе. До тренировки с Рональдом я не подозревала о том, что может болеть не только тело, но и область за его пределами. Энергетические каналы в ладонях жгло, руки словно увеличились в размерах, а воздух вокруг них сгустился. Визуально же изменений не было, и я упорно продолжила отрабатывать заданное упражнение. Чем скорее я научусь основам защиты, тем в большей безопасности я буду.
Сконцентрировав внимание на ощущениях, я запоздало услышала, как дверь скрипнула, и книга полетела на пол, а я бросила на нее плед, опасаясь, чтобы Клара не увидела, чем я занимаюсь. Это была не она.
36
- Мама! - я с облегчением поправила плед, возвращая книгу на место.
Она подошла и удивленно прочитала надпись на обложке.
- Гертруда, где ты это взяла? Ты же не делала ничего, что может навлечь на тебя неприятности? - с тревогой спросила она.
Я улыбнулась, представляя иные способы добычи книги, чем получить ее напрямую от принца.
- Неужели ты думаешь, что я пробралась в кабинет Рональда и украла ее?
Мама хмыкнула.
- Я верю в твое благоразумие, доченька, но порой от тебя можно ожидать и таких сумасбродных поступков.
Я успокаивающе погладила ее по руке.
- Не переживай, принц сам принес ее мне. Он… я рассказала ему о своей тайне, - брови мамы взлетели вверх. - Не переживай, он не станет никому рассказывать об этом.
Она нахмурилась:
- Вы настолько близки, что ты полностью доверяешь ему?
Неужели мама осуждает меня за тесное общение с принцем? Она ведь сама проявляет к новому королю видимое расположение, и не может осуждать меня за то, что я приняла от него помощь.
- Мама, главный наш враг - король, а вовсе не его наследник. Именно твой муж вел войска против нас. Рональд не отдавал подобных распоряжений, а потому я не вижу смысла мстить именно ему или пытаться его избегать.
Она вздрогнула.
- Не говори так, Гертруда, - строго сказала она. - Я вышла замуж не добровольно, но теперь обязана учитывать интересы нового мужа. Я не желаю слышать о том, что твой отчим - враг.
Я закусила губу. Неужели она настолько запугана, что не готова говорить открыто даже со мной?
- Мама, мы одни, - напомнила я тихо, пытаясь ее обнять. - Не бойся, расскажи мне все, как есть.
Она отстранилась, не желая отвечать на объятие, и помолчала.
- Не стоит думать, что меня так просто испугать, милая. Я просто считаю, что вы с принцем не пара, и не нужно сближаться с ним слишком сильно.
Я закатила глаза.
- Ты говоришь загадками. Может быть, расскажешь, что он сделал такого, что должно заставить меня его избегать?
В комнату вернулась Клара, вкатывая двухъярусный поднос с чаем и конфетами на одном блюде и с дымящимися овощами на другом.
- Просто поверь мне, милая, - сказала она, вставая. - Я пришла, чтобы предупредить тебя.
- Ты приходила только за этим? - спросила я разочарованно.
- Нет, - ответила мама, поправляя складки широкого платья и возвращаясь на место, - я пришла встретиться с любимой девочкой и узнать, как у нее идут дела.
Она целиком положила в рот конфету, и я расслабилась. Узнаю маму, она всегда имела слабость к сладкому.
- Клара, принеси вторую чайную пару, - попросила я горничную, и та услужливо поклонилась.
37
До позднего вечера мы с мамой разговаривали о всяких пустяках, не затрагивая действительно важных тем. Наверное, она все еще считает меня слишком наивной и не хочет, чтобы я наделала глупостей.
Наутро мое настроение было безоблачным. Клара помогала мне приготовиться ко второму этапу отбора, который назначили на полдень в саду. Сегодня мои локоны свободно спадали на спину, а платье было нежно-желтых оттенков под стать солнечному дню за окном.
На фонтане с кувшинками расставили прохладительные напитки, воздушные качели для дам развесили на крепких деревьях. По периметру стояли небольшие скамейки, на которых сидели гости постарше. В углу за небольшим столиком молча сидело шестеро кандидатов в мужья, направив взор на короля. Когда все расселись в свободном порядке, он поднялся с глубокого плетеного кресла возле ухоженной фигуры льва, выполненной из низкорослой туи, и произнес речь: