— Мне бы оно такое простое условие поставило! Противное зеркало!
Простое. Ха! Да я, даже если очень захочу, не угонюсь за соперницами. Совет, прямо скажем, из разряда цыганского разводилова. Хорошо ещё, ручку не просили позолотить за такое гадание. Заметив скептическое выражение на моём лице, собеседница поднялась, резким движением пригладила волосы и, не прощаясь, пошагала к замку.
— Счастливого пути! — пожелала я.
Драконица, дойдя до широкой площадки, оглянулась и сердито сообщила:
— Вот не хотела замуж, не нужно было и лететь. Это всё бабка! О правнуках она, видите ли, мечтает.
После этих слов девушку окутала туманная дымка, когда она рассеялась, в небо взмыл угольно-чёрный ящер. У меня дух захватило. Вот это мощь!
Накануне я видела князя, летевшего к замку после неудачной погони за сестрой. Восхитилась, конечно. Однако тогда я наблюдала с балкона, можно сказать, издалека. А вот так, почти на расстоянии вытянутой руки! Потряс вообще! Какие они грандиозные всё-таки! Невольно проникаешься уважением.
[1] Плюмерия — тропическое растение с удивительными по красоте цветами правильной формы.
Глава 4. Секретики
Второе испытание началось с неприятностей. Впрочем, другого я не ждала и старалась не расстраиваться. Какое мне дело до чужого мнения? В родном-то мире никогда не была душой компании, везде ко мне относились снисходительно, скорее жалели, чем сочувствовали. Тем более не стоит ждать эмпатии от высокомерных дракониц. Особенно когда путаешься у них под ногами во время важных событий.
Указания очередной инструкции касались места — ближайший фонтан — и одежды удобной для бега. Ха! Мне в таком случае нужны кроссовки с моторчиком, если таковые существуют. В пижаму я, понятное дело, облачиться не могла, других штанов в гардеробной не нашлось. Оделась как вчера — всё то же платье цвета пудры, сиреневый поясок из прихвата для штор, родные замшевые балетки.
Именно это вызвало жесточайшую критику.
В лицо никто ничего не говорил, хватало косых взглядов и язвительного шепотка, доносившегося до моих ушей. Вот стервы! Как будто не знают, что иномирянку забросили в Лаладар в чём была, не позволив захватить багаж.
Я старалась не обращать на окружающих внимания, с удовольствием вдыхала аромат цветущей акации, рассматривала чудесный прудик и фонтан, но всё равно настроение упало до нуля. Как нарочно, распорядитель и князь задерживались, отвлечь других участниц от человечки было некому. Стараясь не маячить перед носом у соперниц, я присела на край скамейки, спрятанной в густой листве. Мои знакомые грации в превосходных, не стесняющих движения платьях расположились строго напротив, их голоса терялись в общем гуле. Гренадёрша прохаживалась там же, вероятно, оценив Беллу как основную конкурентку. На Могуте было надето что-то типа костюма для скачек. Только жокейки не хватало. Волосы богатырка заплела в тугую косу и закрутила вокруг головы — подготовилась к участию в спортивных состязаниях.
Имён остальных дракониц я не знала, зато вдоволь наслушалась их комментариев, отпущенных в мою сторону.
Две девушки стояли в нескольких шагах от моей скамейки, поглядывали насмешливо и упражнялись в остроумии. Поначалу я сочла их симпатичными, ровно до тех пор, пока они не стали жечь меня откровенно ненавидящими взглядами — неприязнь никого не красит. Я предпочла наблюдать за гренадёршей, напоминавшей рыцаря перед турниром.
Послушать злобные речи пришлось-таки.
— На что рассчитывает эта невзрачная дохлятина?
— И не говори! Огненному князю досталась самая убогая из иномирянок. Её величество явно не благоволит Илюзину.
— Будем считать, что нам повезло. Я слышала, в других княжествах человечки вполне себе эффектные.
— Как они могут быть эффектными? О чём ты?
— Ну… говорят…
— Пусть. Главное, что у нас вместо соперницы недоразумение. Не сомневаюсь, иномирянка вылетит уже сегодня.
— А ты знаешь, что делают с человечками, не прошедшими отбор?
— Думаю, что-нибудь ужасное.
— Вот-вот! — в голосе вещуньи звучали торжествующие нотки. — Северный бросит иномирянку в подземелье! Игорский отправит к чудищам на остров Игри. Гранатовый не удержится от того, чтобы натравить на жертву боевых виверн.