***
Прежде чем я достигла конца аллеи, пришлось спуститься по трём красиво оформленным лестницам. Скамьи на промежуточных площадках охраняли мраморные дракоши в окружении изящных нимф, вдоль ступеней тянулись неизменные клумбы с благоухающими цветами. Я поддавалась искушению — при каждой возможности присаживалась отдохнуть. Только доносившаяся издали перекличка соперниц заставляла меня подняться и топать дальше. Наконец дорожка выбралась на открытую всем ветрам площадь с видом на море. Чуть в стороне стоял просторный павильон из парусины с поднятой передней стеной. Оттуда навстречу мне вышел князь. В глубине у бильярдного стола кружили Махоч и Бернар. Никто из дракониц пока не финишировал.
— Тая? Вы?
Кажется, в прошлую нашу встречу на берегу Илюзин удивился гораздо меньше.
— Я, — призналась, — не ждали?
— А где улов?
Раскрыв кулачок, я продемонстрировала невзрачный камень:
— Вот. Я нашла всё, что мне нужно.
Точнее было бы сказать, всё, что сумела, но во мне зародилось непонятное упрямство, вот и выразилась иначе.
— Хм… — князь взял мою находку и повернулся к приятелю:
— Бернар, это что такое? Ты подбросил?
Оставив кий на столе, красавец-дракон подошел к нам и хитро мне подмигнул, чем рассердил друга, тот повысил голос:
— Разве мало самоцветов я предоставил? Зачем было использовать это убожество?
Не слишком приятно становиться виновницей чьей-либо ссоры. Я потянулась за камнем:
— Пожалуйста, не выбрасывайте. Мне, честное слово, нравится.
— Это янтарь, кстати, — опередил меня Бернар, он покрутил камешек в пальцах, и глубокомысленно добавил: — Очень редкий, с магическими свойствами.
Дракон зажал мою добычу между ладоней и спросил разрешения обработать.
Я пожала плечами, не очень понимая, что имеется в виду. За меня ответил Илюзин:
— Давай, дружище, покажи своё мастерство.
Бернар прикрыл веки и зашептал неразборчивые, довольно пространные фразы. Вокруг кистей его рук возникло золотистое свечение, а когда ладони раскрылись, на одной из них солнечно засияло янтарное сердечко.
— О-о-ох-х… — только и смогла вымолвить я.
— Просверли, пожалуйста, отверстие, — попросил друга князь, торопливо вытягивая шнурок из ворота своей рубахи.
Пока драконы возились с янтарным сердцем, я не могла отвести взгляда от обнажившейся груди Илюзина. В распахнувшийся вырез стали видны ключицы, белая, пожалуй, слишком нежная для мужчины кожа. Мне жутко захотелось приблизиться и прикоснуться к ней губами. Ощущения были настолько неожиданными и новыми, что я даже смутиться забыла. Пялилась, словно деревенская девчонка, впервые увидевшая станцию метрополитена. Меня окликнули раз, другой, третий… Наконец я заметила протягиваемый мне медальон — янтарное сердце на бежевом шнурке. Князь растянул петлю, предлагая надеть украшение, и сказал:
— Я зарядил его целительской магией. Теперь это ваш амулет, не вздумайте передаривать, Тая.
Я лишь головой замотала, слова не могла от восторга вымолвить. Переводила взгляд с одного красивого лица на другое и кивала, словно китайский болванчик. К нам успел подойти распорядитель. Несколько смущённый моей реакцией князь обратился к нему:
— Граф, как думаешь, сколько ещё нам ждать?
— Не меньше часа, — уверенно ответил Махоч. — Тут ведь как, пока хотя бы одна участница не насытится и не повернёт сюда, и остальные продолжат поиски.
— И кто же, по-твоему, остановится первой?
— Полагаю, Карина. Она кажется самой разумной.
Мне стало неловко слушать не предназначавшееся для меня обсуждение. Мужчины — они такие мужчины! Драконы к тому же. Ещё бы ставки начали делать!
Поглаживая камешек, спрятанный под платьем, я прошла в глубину павильона. Чувствовала себя чудесно, как будто только приняла освежающую ванну. Утомление от долгой прогулки удивительным образом отступило, меня переполняло необъяснимое восхищение происходящим, очень хотелось сделать чего-нибудь грандиозное.