Я покачала головой. Известия о моей подруге основательно выбили почву из-под ног. Не знаю, как другим, мне-то уж точно радоваться нечему.
— Я лучше здесь поем.
— Накрывать? На балконе? — встрепенулась Грита.
— Да. На две персоны, пожалуйста.
Служанка умчалась выполнять поручение, я же зашла в ванную комнату, тщательно вымыла руки, в очередной раз восхитившись чудесным ароматом и мягкостью здешнего мыла. Хотелось откусить кусочек, попробовать на вкус — давно забытая привычка из детства, когда всё подряд тащишь в рот.
Закутавшись в плед, вышла на балкон. Хорошо. Мне здесь хорошо, а вот каково Аллочке? Вгляделась в чистейшее небо в поисках ответа, удивилась, заметив приближающегося дракона. Илюзин? Судя по блёклому цвету чешуи — он. Или не он? Я перегнулась через перила, наблюдая приземление ящера на соседней площадке. Огромное туловище окуталось дымкой, а когда она стала оседать, по дорожке к правому крылу замка, гремя железными доспехами, двинулся красивый мужчина, удивительно похожий на моего князя. Странно… Я ничего не слышала о брате Илюзина, разговоры шли только о сестрёнке. Хотя что я вообще слышала? Лишь случайно оброненные фразы.
К скрежету блестящего панциря незнакомца добавилось позвякивание за моей спиной. Грита толкала тележку, уставленную посудой. Небольшой столик и стулья из гостиной я ещё в первый день попросила выставить на балкон. Ох, и наслушалась тогда возмущённых эпитетов в адрес неотёсанной человечки, которая боится трапезничать в компании благородных дракониц. Теперь, кажется, Гриту всё устраивало. Она ловко сервировала стол, выкатила тележку с балкона и сделала книксен, спрашивая позволения уйти.
— Пообедай со мной, — предложила я.
— Э-э-х… э-э-э, — нечленораздельно отреагировала служанка.
— Ты уже поела?
— Что вы! — испугалась драконица. — Мы после всех. Нельзя, пока господа не позволили.
— Ну так садись! Я тебе позволяю.
Грита всё ещё сомневалась, теребя фартук.
— Если вам скучно одной, может, к другим участницам пойдёте? Там жуть как интересно. Виконт друзей позвал.
— А тот дракон, что только что прилетел, — я не смогла сдержать своё любопытство, — тоже приглашён?
— Прилетел? Не видала.
— На князя очень похож, я было подумала, что брат.
— А! Так это кузен его светлости! — зарделась Грита и, позабыв свои сомнения, уселась за стол напротив меня. — Он из боковой ветви Огненных. Ежели наш князь не женится и не родит наследника, княжество уйдёт Альэхдару, вернее, его сыну, если, конечно, господин Альэхдар женится и родит.
Служанка тарахтела с такой частотой, словно в неё зарядили пулемётную ленту из слов. Попутно Грита разливала суп, вкусно пахнущий пряными травами, варёной говядиной и жареным лучком. Я взялась за ложку, попробовала, кивнула, одобряя, и вклинилась-таки в пулемётную очередь:
— Что же это они оба до сих пор не женились? Взрослые же дяденьки!
Служанка с печальным видом закатила глаза и стала отламывать от круглой булочки маленькие кусочки, отправляя один за другим себе в рот:
— Так ждут все.
— Чего ждут? — не поняла я.
— Когда его светлость проклятье разрушит.
Если это шутка, то удивительно тупая. Я как-то иначе представляла проклятых. Красивые, сильные мужчины при власти, при богатстве.
— У них со способностью к деторождению проблемы? — озвучила я своё нелепое предположение и сразу же пожалела об этом.
Грита махнула рукой, обронив очередной кусочек. Так, по моим представлениям, церковные бабульки открещиваются от нечистой силы.
— Слава Свету, с этим всё хорошо!
— Что же тогда им мешает обзавестись потомством?
— Вы не видели разве, — подалась вперёд Грита, — какая у его светлости чешуя?
Я пожала плечами. Видела, и что? Всего трёх драконов видела: чёрного, лимонного и, хм… блёклого. Дело в отсутствии глянцевого блеска? Что за глупость!
— Всё равно не понимаю, — честно призналась я.
— Он же Огненный! — таращилась служанка, ошарашенная моей бестолковостью.
— Ну? Огненный. Дальше что?
— Раньше-то… ещё прапрадед его светлости знаете как сиял?! Будто само солнце по небу летит крылатое! А с прадеда пламенный цвет чешуи потух. Альбиносы они теперь, а именуются по-прежнему. Вот князюшка наш грехи предков и замаливает, людишек лечит. Да только впустую всё.