На крики Махоча об оставленном сестрой письме не обратил внимания. Какое ещё письмо?! Вернуть девчонку срочно!
Глава 2. Дуализм
Таисия Иванова
Первый урок, полученный в новом мире на этот момент, можно сформулировать так: не стоит однозначно воспринимать произведённое знакомством впечатление. Надо привыкать к эмоциональным качелям. Секунду назад симпатичная девушка дружелюбно улыбалась, приглашая следовать в гостевые комнаты, но стоило хозяину замка исчезнуть, смерила меня таким убийственным взглядом, что я готова была проглотить заданный вопрос обратно. Всего лишь поинтересовалась, как её зовут.
— Зачем тебе моё имя? — злобно проскрипела драконица. — Надеешься остаться? Ничего не выйдет!
Следовало бы сообщить сердитой девице, что её хозяин придерживается другого мнения и как раз просил не сыпаться на испытаниях, но не успела я рта раскрыть, как сзади послышались шаги. Нас догонял дед, всполошивший князя:
— Грита! Куда ты ведёшь иномирянку?
Девушка изобразила формальный книксен:
— В гостевую комнату башни её светлости Руфины, господин. Хозяин приказал.
— А-а… — старик задумчиво потёр седую щетину, пробивавшуюся на подбородке. — Оно и верно, нечего ей делать в серпентарии. Сожрут!
Служанка прыснула в кулачок, прошептав:
— Туда человечке и дорога.
Будто не расслышав ядовитое замечание, дед обратился ко мне:
— Я распорядитель отбора. Граф Махоч. Можешь называть меня ваше благородие или господин распорядитель. А ты кто?
— Таисия, — представилась я, — землянка.
— Хорошо, Таисия, — вполне приветливо улыбнулся граф, — желаю удачи в отборе. Испытания начнутся завтра.
— Благодарю, господин распорядитель, — дисциплинированно ответила я.
Служанка недовольно зыркнула на меня и спросила графа:
— Прикажете идти?
— Да, — откликнулся тот, — и подбери иномирянке подходящие наряды. Когда переоденется, проводишь её на осмотр к лекарю.
Казалось бы, ничего необычного: вполне законное желание допускать к отбору только здоровых девушек, однако красноречивый взгляд, которым одарила меня Грита, вогнал в краску. Здесь точно какой-то подвох! Следуя за служанкой, я твёрдо решила носа не высовывать из комнаты, пока не переговорю с князем. Мало ли что брякнет противный старикашка или злобная девчонка! Илюзин обещал исцелить меня, его и буду слушаться — привыкла руководствоваться исключительно мнением лечащего врача, остальные мне не указ!
Миновав анфиладу, мы вышли к винтовой лестнице и полезли вверх по узким ступеням. Новое испытание для дыхалки! У меня возникли опасения, что до первого этапа здешнего отбора я элементарно не доживу. Грита шагала вверх, как заведённый механизм. Достигая очередной площадки, оглядывалась и фыркала, презирая меня за медлительность. Я же бубнила в ответ на обжигающие взгляды:
— Могли бы и лифт сделать! Неужели княжна лазает здесь вверх-вниз, когда захочет прогуляться или поболтать с братом?
У служанки оказался отменный слух, она обернулась и зло прошипела:
— Разумеется, нет! Драконы, в отличие от некоторых приземлённых существ, умеют летать!
А я и забыла…
Наконец утомительный подъём завершился, и мы вышли на простор. Это был широкий балкон, опоясывающий холл, находившийся приблизительно двумя этажами ниже. А двумя этажами выше имелся стеклянный купол, пропускавший в нарядные помещения яркий солнечный свет. От красивой двустворчатой двери вниз к холлу вели плавно изогнутые мраморные лестницы, застеленные ковровыми дорожками. Здесь спускаться и подниматься было бы одно удовольствие. Я невольно усмехнулась, поняв, что Грита нарочно провела меня задворками, чтобы указать соответствующее человечке место.
Ну, ладно, мы не гордые. На такие мелочи внимания обращать не станем.
Служанка двинулась по балкону, указав на украшенные резьбой двери:
— Это покои госпожи. Туда тебе вход запрещён! Вот! — она замерла около арки, противоположной той, через которую мы вышли с винтовой лестницы. — Располагайся! Сейчас принесу приличную одежду. Вымойся пока! — она злорадно хмыкнула. — Всех участниц осматривают подробнейшим образом!
От её слов мне стало до омерзения неприятно. Сама ещё не понимала почему. Простые на первый взгляд слова говорились таким ехидным тоном!