— Дальше пешком.
Он отцепил ее чемодан и взял его в руку, не доверив больше ей, и они двинулись дальше, но хватило и пары шагов.
Пустыня задрожала, песок затрещал под их ногами, и Миранда потеряла дар речи, когда волна из песка взмыла вверх, она непроизвольно закрыла рот и нос ладонями, чтобы не наглотаться песка, представив, что их сейчас накроет лавиной, но та обрушилась у самых их ног, лишь едва задев носки туфель. Сердце колотилось у самого горла, от страха внезапности произошедшего и уже от великолепия увиденного. Арка из белого камня, он выросла из ниоткуда, а посреди нее стоял человек в белых одеждах, так же, как и у Доменика половина его лица было закрыто платком.
— Приветствую, господа.
Он махнул рукой, призывая следовать за ним, и исчез в огромной прорези арки, словно его и вовсе не было.
Она все же растеряно взглянула на Доменика, но тот не смотрел на нее, только вперед. Он уверенно двинулся за человеком, а после и сам исчез в неизвестности. Когда-то она уже бездумно ступила за ним в точно такую же пустоту, без оглядки и раздумий. Хотя была ли это она? Сейчас по следу Дэльверо прошла не Миранда Эрей — влюбленная баронесса, а госпожа Эрей — невеста принца и торговка секретами.
— Эффектное появление, не правда ли, — мужчина в белых одеждах подпирал стену из рифленого розоватого камня, платок, что, укрывал его лицо, болтался хомутом на шее. — Вам понравилось, госпожа?
Миранда не ответила, пропустила мимо ушей озираясь по сторонам. На мгновение она даже забыла о так близко находящемся Дэльверо: то, куда она попала, вызывало в ней восторг и трепет. Словно железнодорожная станция провалилась под землю: в розовый камень вросли деревянные опоры, образуя полукруглый свод, гладкая платформа из мрамора подходила практически к подножке поезда, образуя лишь небольшую щель. Поезд совсем не был похож на пыхтящее, изрыгающее гарь чудовище, что привезло ее из Монтрэ в Сибул. Небольшой, цилиндрической формы — такой Миранда видела впервые в жизни. Он бесшумно стоял на рельсах, устремив в темный тоннель вытянутый нос.
— Видимо, мои способности не так впечатляют, как этот красавец? — Недооцененный маг уже стоял рядом с Мирандой, смотря на нее сверху вниз. — Это вам.
В раскрытой ладони после легкого треска появился бутон красной розы.
Миранда посмотрела в улыбающееся лицо мага и нерешительно протянула руку, но морок развеялся, как только ее рука коснулась цветка.
— Упс, накладочка вышла.
Маг расхохотался. Словно подросток, что провел взрослого, он был доволен собой.
— Ты слишком навязчив, Грейн.
Недовольный голос Доменика вернул Миранду к реальности. Реальности, в которой бывший возлюбленный стоял на против, держал ее чемодан и был готов сопроводить к другому мужчине. Интересно за эти годы он вспоминал ее?
«Ты меня, вообще, хоть когда-то любил», — хотелось спросить Миранде, пока они шли по выстеленному зеленым ковром полу к ее купе.
Думал ли он, как они могли бы жить, не будь на пути госпожи Дельвэро? Жалел ли, что упустил шанс на счастье? Представлял ли ее, обнимая жену? Делал ли все то, что делала она все эти годы?
Доменик поставил чемодан в углу рядом с диваном из коричневой кожи и молча вышел. Она убеждала всех, что ненавидит его, но глядя в пустой проем купе ловила себя на мысли, что хотела бы, чтобы сейчас он остался.
Диван оказался очень удобным: скинув туфли, Миранда забралась на него с ногами и когда поезд еле слышно набрал скорость она заснула, без подушки поджав колени, головой прямо на простёганном пуговицами подлокотнике.
Проснулась она уже от громких звуков, оповещающих о том, что поезд прибыл. Двери соседних купе хлопали, слышались голоса и за окном все так же выглядело весьма оживленным: к самой настоящей станции подогнали экипажи, запряженные белоснежными лошадьми, последние переступали с ноги на ногу в любой момент готовые сорваться с места. Дверь купе открылась, и Миранда, вздрогнув, оторвалась от созерцания обстановки по ту сторону стекла. Ее снова приветствовал маг, который поспешно закрыл за собой дверь, он широко улыбнулся, театрально щелкнул пальцами и его осыпало лепестками цветов, неясно откуда взявшихся, но теперь на его месте стояла Кэсси, которая громко откашлялась и весьма грубым мужским голосом сообщила: