Она могла бы пропустить последнюю фразу мимо ушей, но не желала. Ей хотелось остановиться, развернуть Райана к себе лицом и спросить, а он думал о подобном? Потому что она думала и эти мысли сжирали ее изнутри. Распускались плотоядным цветком и заставляли сердце истекать кровью.
— Не такой уж он и старик, — не осталась в долгу Миранда. — Пусть думает сколько хочет, пока Мэджи совершает какую-нибудь роковую глупость.
— Кстати, мы еще не придумали какую.
Торговка секретами улыбнулась и лорд Без имени тоже. Они держались за руки и улыбались, словно это было самой увлекательной игрой в мире.
Так оно и было.
— Как насчет немного магии?
— Любовного зелья?
— Мне нравится.
— И как же мы это организуем? Подбросим?
— Намного лучше, если она сама его сварит, что думаешь?
Мальчики-слуги переглянулись.
Они остались перед дверью в апартаменты, за которой обнаружился длинный стол по разные стороны которого был накрыто, разложено на две персоны. Снова вино, фрукты, сладости — все для вечера с Его Высочеством. От дистанции между принцем и местом для победительницы стало не по себе. Словно опять удар под ребра, чтобы она уже выучила проклятый урок.
А что там она говорила сегодня Флоренс?
«Я не откажусь от Его Высочества».
Еще она мысленно обещала себе поцеловать Райана при встрече просто так, назло. А теперь он будет сидеть слишком далеко от нее, недостаточно даже для того, чтобы обсуждать заговор против Мэджи Слэйтор и Флоренс Вудворт. Это годилось для одного — чванно обмакивать губы салфеткой и испускать томные взгляды на другой конец стола.
— Это и есть сюрприз? — спросила она. — Знаешь, если честно, я не голодна.
— Это не сюрприз, — он пожал плечами. — Не вся его часть. Так что насчет твоей идеи сварить зелье? Думаю, я мог бы попросить организовать экскурсию в королевскую оранжерею, там есть много трав… в том числе и для зелья. И туда легко пробраться ночью или поздно вечером, особенно если дать стражам приказ быть не слишком внимательными к одинокой посетительнице.
Он сам наверняка не знал, что одной фразой позволил Миранде чувствовать себя лучше. Здесь они на равных. Никто не станет строить из себя принца и его маленькую недостойную леди. Они одни — а значит нет нужды притворяться и делать вид, что они кто-то больше, чем пара заговорщиков.
— А я могла бы с помощью Кэсси подкинуть ей книжку про любовные зелья.
— Отлично — намек, чтобы она сама решила сделать любовное зелье.
— А еще хорошо бы, чтобы человек герцогини Вудворт узнал про это дело. Думаешь, она вмешается?
Райан устроился возле стола, только использовал он его не по правилам этикета, устроился на него сверху ровно посредине и потянувшись в сторону, подцепил виноградинку, чтобы затем отправить себе в рот. Миранда находилась на безопасном расстоянии, не то, которое определили для нее рассадкой, а то которое она выбрала сама, застыв в метре от него, просто между столом и стеной, чтобы в случае крайней необходимости подпереть последнюю.
Отсюда Райан виден во всей красе. Длинные ноги, он все еще в костюме, в котором был на балу, как и она. Их наряды хорошо сочетались с друг другом, перекликаясь золотым рисунком. Широкую нагрудную ленту он уже снял, откинув на белоснежную скатерть. Расстегнул пуговицы камзола до самого низа, под ним обнаружилась черная рубашка, верхние пуговицы на которой также были расстегнуты быстрой рукой. Светлые волосы спускались на плечи, глаза мерцали в свете зажжённых свечей и бесконечных зеркал.
Миранда сжала челюсть.
— Конечно, она вмешается. Думаю, для тебя не секрет, но Флоренс немного одержима мной. Это еще с детства.
Легко и беспечно. Хороший шанс, чтобы уцепиться за него и возненавидеть, как тогда в первый раз. С легкостью распоряжаться чужой жизнью — действительно королевская черта. Тут стоит вспомнить, как он ворвался к ней в дом, как угрожал ее секретами и вынудил работать на себя. Сейчас все казалось таким далеким и не имеющим значение. В конце концов глупо винить его в том, что он узнал секреты, которые она и натворила своим же упрямством.
— Она просто влюблена.
— Она одержима тем, что ей не принадлежит. Не путай это с любовью.
— О, интересно тогда послушать, что же такое любовь для нашего принца?
— Хочешь, чтобы я бросался красивыми цитатами?
Взгляд глаза в глаза.
Пространство комнаты сузилось ровно до тех паркетных плиток, которые отделяли Райана от Миранды. Что она хотела услышать? Любовь, это то, что я чувствую к тебе? Любовь, это то, что заставляет людей корчиться от боли, когда эйфория проходит? Что бы она сама могла сказать про это благородное чувство?