Миранда скользнула взглядом снова по балкону, распорядитель жестикулировал, сопровождая действия очередными пустыми словами, красивыми и такими же фальшивыми, как мыльные пузыри, которые лопнут, стоит только к ним прикоснуться, он говорил о любви, столь редкой и чрезмерно прекрасной, что это побуждало лишь к одному желанию, тому, что прокатывалось со дна желудка к самому горлу.
Наконец, он утих, а она упустила тот момент, когда стоило набрать в грудь побольше воздуха, ведь на балконе появился он.
Он смотрел в пустоту перед собой, и ни на одну из них конкретно. На свой портрет четвертый принц королевства совершенно не походил. Было сходство, безусловно, в цвете волос, но и то они отливали теплыми красками золота, а не серебром, как на картине. Принц перед Мирандой казался немного младше своего портрета, гораздо улыбчивее, намек, что запечатлел мастер, перерос в мягкую улыбку агнеца, что мирно склонил голову, приветствуя своих невест. Он был смущен, робок, если не сказать, застенчив и это вразрез не шло с ее представлениями о том, как должен вести себя мужчина, обличенный властью, которому сказали, что он может выбрать себе любую девушку в этом зале.
Портрет и его владелец отличались друг от друга, как день и ночь.
Если он и, правда, таков, то каждая змея, что приползла на этот праздник, с радостью вопьется в его тело, в порыве утолить жажду королевской крови. И в таком случае, пожалуй, продеться окручивать его родителей, а не самого принца, ведь вряд ли он что-то сам решает. Хотя ей нет до этого дела, Миранда вновь поймала в ловушку своего взгляда рыжую графиню. Ей нужна Кэсси и Паркер с информацией. Пришла пора поискать чужие секреты.
— Думаю, принц уже выбрал, — пока распорядитель вновь говорил свои речи про торжество любви и про завтрашний бал, Миранда подошла ближе к одной из девушек. — Вы видели какие взгляды он бросал на графиню Эршерскую? Полагаю у меня точно нет и шанса…
Миранда не знала ее имени. Не слишком знатная — помутневшие камни в колье выдавали посредственное качество драгоценностей, платье с множеством оборок и кружева — новое, но старомодное. Личико гладкое, губы пухлые и розовые.
— А вы рассчитывали?
Юнна, но неглупа. От такой вряд ли можно получить стоящую сплетню — их это просто не интересует.
— Меня выбрали несмотря на скромный титул, — Миранда продолжила представление. Она не раз изображала дурочку и была опытным игроком. — Разве не это доказательство, что принц выбирает сердцем?
Незнакомка прыснула. Потом сочувственно покачала головой.
— Меня тоже. Вас в Черных землях, меня в Лазурном крае. По без пяти минут простолюдинке из каждой провинции. Верите в сказки? Так вот это не она.
Тратить время на Миранду она больше не стала, развернулась на каблуках и зашагала прочь. К этой «невесте» стоило определенно присмотреться: смышленая, пусть и несдержанная и знает о Миранде больше, чем она о ней. Баронесса все еще пялилась вслед дерзкой «сопернице», когда голос распорядителя прогремел:
— Так начнем же!
Руки взмыли вверх. Невесты зааплодировали. Когда овации стихли, он продолжил:
— У каждой из вас есть шанс проявить себя и получить награду — свидание с принцем!
Зал снова загудел. Девушки переглядывались между, переговариваясь, кто-то нервно, а кто-то смущенно хихикал.
— Вы — лучшие из всего королевства, пришло время показать себя!
Фарс приобретал масштабы. Одна за другой выходили невесты: кто-то пел – в том числе Мэджи Слейтор – фальшиво, но уверенно; герцогиня Кларисс изобразила грациозное па и при этом не отводила томный взгляд от балкона, кто-то просто расписывал себя словно характеристики товара…
Отказаться от данного «испытания» похоже было нельзя. И свою очередь дождалась и Миранда.
— Ну, же баронесса Эрей, — распорядитель попытался помочь невесте, что замешкалась. — В чем ваш талант?
Она стояла посреди залы, смотрела наверх туда, где на нее устремили взор две пары глаз.
— Я умею предсказывать будущее, — произнесла Миранда.
Вокруг зашушукались.
— Ого! — распорядитель оживился, немного подался вперёд, уперевшись животом в периллы. — Такого еще не было! Что вы видите, госпожа баронесса?