— И это вы называете нас дилетантами, — подвела итог Миранда.
За окном уже порядком стемнело, зеленая листва превратилась в черную гладь, на фоне которой просматривалось сумеречное небо с бесконечной россыпью звезд. Колеса издавали успокаивающее поскрипывание, и карета равномерно раскачивалась из одной стороны в другую.
— Я же говорю — интересная история, — Райан улыбнулся. Даже сложилось впечатление, что за этой улыбкой ничего не скрывается. Просто так от души. — Ну а теперь ваша очередь рассказать забавную историю.
У Миранды их не нашлось.
Вернее, все ее истории были сплошь забавными или глупыми, а где-то до безобразия сопливыми, но она предпочла пожать плечами и уставиться в черноту окна. На стекло попали брызги грязи, оказалось уже давно пошел дождь и теперь его тихое ворчание угадывалась в шелесте обивки крыши, по стеклу побежали неровные струйки и звезды словно размыло. Баронесса Эрэй тоскливо постучала пальцами по стеклу и чуть склонила голову набок, краем глаза поймав взгляд Его Высочества.
Он особо и не таился, рассматривая ее.
От воцарившегося молчания сделалось неловко.
Карета стала тесной, а воздух прогрелся не только от света магических ламп, но и от чего-то большего. Ей хотелось дотронуться до горла, чтобы удостовериться, что у нее не начался жар, возможно, она успела простыть, и, наконец, убедиться, что горло не сдавило и ей ничего не мешает дышать, а это она сама замерла, не в силах ничего из себя выдавить, уставилась в ответ и не моргает. Секунды замедлились в бесконечность, время замерло.
Она видела лишь синие глаза, которые даже в тусклом свете горели необъясним пламенем и стук собственного сердца заглушал все вокруг.
Миранда знала это чувство — опасное, которое следовало тут же в себе задавить пока не стало слишком поздно.
— А впрочем, знаете, есть одна история, — прозвучало слишком сбивчиво, но Райан принял условия игры.
Ей так показалось.
А ведь он мог бы сейчас податься вперед, ничего не мешало пересесть рядом с ней, и зажать в самый угол, дотронуться кончиками пальцев до волос, щеки и провести большим пальцем по нижней губе, прежде чем…
Он сделал нечто противоположное, откинулся назад, поднял ногу и уперся пяткой в седушку, не по-джентльменски, но в рамках разумного, уперся локтем о колено и сделал ровно то, что она себе навоображала: провел подушечкой большого пальца по нижней губе, задумчиво наблюдая за ней.
Он мог бы попытаться… Хотя бы попытаться, а она бы попробовала устоять.
Миранда рассказывала историю, пытаясь сохранить мину при плохой игре. В конце они даже посмеялись и словно отпустило.
Теперь он сидел перед ней такой же, как и минуты назад, с обыкновенными синими глазами, чувственным ртом, все еще застывшим в улыбке, красивый, светлые волосы едва касаются плеч, маска фавна покоится в руках, колени опущены… Такой же, как и всегда, с его вечными тайнами и загадками, на два шага впереди, а она — вечно в дураках.
Райан протянул откуда-то из-за спины, вытащив из-под подушек, еще одну маску.
— Мы приехали, будет лучше, если вас также не узнают.
Она согласилась.
Маска оказалась на манер лисьей морды, она закрывала лицо практически полностью, прорези для глаз немного закрывали обзор, но в целом привыкнуть можно. Выйдя из кареты и глотнув свежего воздуха, она все же на всякий случай незаметно ущипнула себя за руку.
Их высадили где-то среди невысоких зданий, предположительно со стороны черного входа и непонятно откуда взявшейся юноша в белом парике проводил в сторону крыльца, где дверь уже открыли и нетерпеливо ждали.
С правой стороны едва доносились гудки поездов, разрезающих ночную тишину.