Горячая ванна и мысли о ночном госте. Следовало ударить себя по щекам, что она и сделала, а потом грозно — ладонями по воде, что брызги во все стороны. К обеду бедное сердце перестало стучать так сильно, гонимое попеременно досадой, злостью, страхом и снова злостью, а, может, чем-то еще. К обеду она снова была собой — Торговкой секретами, что нацепила личину баронессы Эрей.
До поезда ее провожала Кэсси, она же помогла взобраться с перрона на приступку поезда, чтобы не рухнуть в складках собственного платья, а дальше ее ждало купе с самодовольными соседками.
Ее не ожидали здесь увидеть.
Она поняла это, как только дверца купе захлопнулась. Впрочем, Миранде понравилось наблюдать за тем, как улыбки тускнеют на тщательно накрашенных лицах и вновь загораются искусственным светом, а во взглядах так и остается немой вопрос — «какого черта». У Ясмин Монтэгрю даже дернулся глаз.
Миранду это развеселило.
Фисташковое платье невесты из дубовых лесов слилось с тоном кожи, как только они тронулись с места.
«Позеленела от злости», — мстительно подумала про себя баронесса Эрей.
Конечно, бедняжка баронесса должна сойти с дистанции, но ее каким-то чудом протолкнули дальше и вот теперь рычащий поезд несет ее, рассекая зеленый луг острым носом и выпуская в безоблачное небо сизый пар. Сказка, да и только. На деле же — гнусная история, во время которой она обязана улыбаться сквозь зубы и прятать острые коготки, притворяясь искренне удивленной столь внезапным поворотом ее жалкой судьбы.
Милая девичья беседа лилась неспешно, сожаления по выбывшим участницам и тосты за их честь с бокалами шампанского — все это было в дороге. Лживая, притворная, лишь едва прикрытая радость оттого, что у каждой из них появилось еще по одному шансу показать себя во всей красе перед Его Высочеством и друг другом. Жаль, что «краса» заканчивалась в прядях изысканных причесок и складках дорогих платьев, и никак не отражалась на поступках и душевных порывах.
Впрочем, Миранде не привыкать.
За светскими разговорами день сошел на нет. Дорога оказалась изматывающей, пару раз Его Высочество разбавил ее длину своим недолгим появлением, затем они пересели в дилижансы запряжёнными вороными скакунами, которые уже доставили к месту назначения. Компанию на последнем отрезке пути Миранде составила графиня Эрлайн и на этот раз обошлось без дополнительных испытаний, казалось, что сама дорога им и была. Баронесса Эрей сбилась со счета сколько раз за это время движения поезда она пропускала колкости в свой адрес, как часто ей хотелось закатить глаза и не выкатить, и просто сойти прямо под колеса железной махины.
Зато вид на Небесный замок компенсировал все. Огромная гладь озера раскинулась перед Мирандой в обе стороны, от него веяло холодом, по поверхности ползла густая дымка, над которой возвышался он, величественное изваяние из камня, без высоких башен и шпилей с острыми углами и выступами, словно выдолбленными из монолита. Его никак нельзя было назвать воздушным или утонченным — наоборот, скорее мифический великан опустил его единым ударом на землю и в том месте, где глыба треснула или посыпалась, образовались окна, углы и балконы. Все же дух захватывало. Замок находился ровно посредине озера, окруженный со всех сторон водой, к нему вело несколько мостиков с навесами, который с виду напоминали такие же глыбы монолиты, сброшенные в воду с неба.
Баронессе Эрей это место сразу же пришлось по вкусу, оно навивало ужас и тоску. Близняшкам также понравилось, вернее, половине из них. Не понравилось Салли, которой пришлось путешествовать в одном из сундуков, впрочем, Паркер также не был в восторге. Замок оказался холодным, мрачным и как будто сердитым. Бутылочка шампанского, припрятанная Кэсси после поезда, сделала остаток вечера чуть лучше.
После бутылочки шампанского нашлась еще одна вина, а после нее и чего-то покрепче.
К ночи они всей компанией сидели на подушках возле камина и побрасывали в него поленья, а чтобы огонь не скучал — подливали и ему, за что он благодарно простирал свои оранжевые языки ввысь.
— Ты прошла так далеко, госпожа Эрей, — Паркер изображал из себя послушного слугу. — Разве это не чудо? Пожить еще немного в настоящей роскоши?
— Это безумие, — Салли лежала на животе, подложив под него подушку, а на другую оперлась локтями. – А не чудо!
— Только нам не привыкать, — Кэсси хрустальным пузатым ребром стакана дотронулась до бокала сестры и подмигнула.