— Отец обещал отменить его, если ты забеременеешь.
Я встала как вкопанная.
— То есть, если мы решили погодить…
Рыжик лишь кивнул.
— Он его устроит.
Ну что за засада?
Мой личный лекарь поднял меня на руки и перенес через порог дома. Поставил меня в прихожей, закрыл за собой дверь, вновь поднял и понес по лестнице вверх.
На двух смежных покоя висели таблички "занято".
Мы заглянули в обе двери. Одни спальней выходили на север, а вторые — на восток.
— Пожалуй, мы эти выберем. Будем вставать с солнышком и любоваться им.
— А куда выходят остальные комнаты?
Пойдем и посмотрим, — и меня потчнули в соседнюю спальню, открыв вход нажатием на пульт. Стена распалась на полоски и собралась по бокам, отъезжая в разные стороны. А там плескалось море.
Море!
Это прекрасно!
Море!
Это темное завораживающее море!
— Нам подключили коммуникации. Так что можно душ принять или ванну, — мой супруг осматривал наши владения, пока я любовалась безграничной стихией, теряющейся в темноте.
— Хорошо. Какие планы на завтра?
— Я открываю клинику. Если хочешь помочь, то надо напечатать листовки и пойти их расклеить по городу.
— А это законно?
— Да, если не станешь повреждать деревья и муниципальное имущество. Поэтому клеить только на малярный скотч на доски объявлений. Я завтра поеду раздобуду оборудование для своей клиники. Еще не помешает оповестить местную скорую помощь.
— А ты конкуренцию кому-то не создашь?
— Ближайший травмпункт находится в паре часов езды на машине.
— Ты собираешься деньги брать за свое лечение?
— Пока — нет. Подам заявку на медобслуживание города, тогда финансирование будет из городского бюджета.
— Мэр это явно не одобрит.
— Мэр? Ты ошибаешься.
Чего-то я явно не понимала.
— Ну, траты он естественно не одобрит, — пояснил Влас. — Но… думаешь, он соберется платить?
— Хочешь сказать, что нет?
— Посмотрим.
— Оборудование тоже из местного бюджета?
— А как же!
— А вы с ним уже договорились?
— Пока нет.
Ладно. Надеюсь, не на мои плечи ляжет эта обязанность.
Купальни, увы, здесь не оказалось. Была чаша, названная Славиком ванной, была и душевая. Вот ею я и ограничилась, а мужа отправила в ванну. Он, как мне показалось, обиделся.
Быстро помывшись, я юркнула в общую кровать, при почти погашенном свете.
И вот как нам себя вести? Мы ведь уже жили вместе, а тут все с ног на голову перевернулось с этим замужеством.
И мне бы заснуть, но сон не шел, хотя я делала вид, что уже в царстве Морфея.
Славик вышел из ванной комнаты, прошел в спальню, подошел с моей стороны. Присел на корточки.
— Марусь, что опять не так? — спросил, обдавая губы горячим дыханием.
Темнота. Он не видит меня, это хорошо. Но тело откликается жаром.
Не дождавшись ответа, муж поцеловал в губы нежно-нежно. И я ответила на поцелуй.
Он лег рядом.
— Да ты вся дрожишь! — отстранился. — Ты здорова? — поцеловал в лоб. — Температуры, вроде, нет.
— С-странно с-себя ощущаю, — пробормотала я, а у самой зуб на зуб не попадает.
— Опиши.
— Страшно до дрожи в коленках, а чего боюсь, не знаю.
— Неизвестности, наверное, — предположил мой герой. — Знаешь, я в первый раз тоже боялся.
— В первый раз?
— Мы ведь уже видели друг друга голыми, прикасались, а это чуть иначе. Давай покажу…
— Н-нет, — я замотала головой, вновь начав дрожать.
— Я остановлюсь сразу же, как ты попросишь. Но ты мне дашь хотя бы минутку.
— Что ты за эту минутку сделаешь?
— Ну, если ты книжку просмотрела, то мне надо вот сюда, — и он прикоснулся к моему лону. Ноги задрожали пуще прежнего. — Но я обещаю, что ниже вот этой черты, — он показал на низ живота, — я не опущусь. Ну что, дашь мне шанс?
Я вздохнула.
— Одна минута. Поставь таймер. Я попробую вытерпеть.
Мой мужчина хмыкнул и засек на своих наручных часах время.
— Две минуты!
— Одна!
— Хорошо, полторы!
— Ладно!
И он, запустив время, поцеловал мои губы, затем переместился к ушкам, шейке, опустился поцелуями и прикосновениями пальцев на грудь.
Эта пытка была сладостной, сводящей с ума, но я не могла полностью отдаться ощущениям, ожидая, что вот-вот все закончится. А таймер все молчал.
— Ты слишком напряжена, — сказал, отстраняясь, Славик. И тут таймер прозвенел.
— Время вышло, — пробормотала я.
— Это нельзя на время делать. Ерунда выходит. Еще скажи, ты секунды считала.