Создания, рожденные на другом плане, были очень похожи на ламий и отличались от них лишь наличием пары белоснежных крыльев, но считались куда более редкой диковинкой. По крайней мере, в высших слоях общества демонов дела обстояли именно так.
Из-за того, что внимание богатенькой публики доставалось более экзотическим рабам, хозяин Ка’риш вознамерился сделать из нее нового чемпиона своего лудуса. Но хрупкая с виду ламия хоть и была сильным бойцом, высшим демонам была отнюдь не ровней.
И тогда местный хирург принялся за ее «улучшение». Бесчисленное количество ножей сутками напролет разрезали ей плоть, чужие органы заменяли родные, магия ускоряла процесс заживления и приживления. Но стоило ранам зажить, как страшная пытка снова возобновлялась.
Так родилась новая Ка’риш – одна из немногих чемпионов родной арены, которая без труда расправлялась с любым противником. Грозная и сильная, как марилит*, опасная и коварная, как медуза, и прекрасная, как ламия, которой она все еще оставалась.
Она проливала кровь своих врагов на песках бесчисленных арен по всей бездне, а после ублажала одного из многочисленных любовников, что оказывался достаточно богатым, чтобы купить ее сразу после сражения. Разумеется, никто и никогда не интересовался ни ее желаниями, ни настроением, ни даже физическим состоянием.
Единственным условием «аренды» было вернуть товар живым, но это крайне редко было сдерживающим фактором и многие рабы не переживали утех во дворцах и виллах высшего общества. Но ей «повезло» больше, чем остальным: она не сошла с ума и не была убита во время забав. Была ли она при этом сломлена? Да, и неоднократно.
И когда по всему городу прокатилась волна восстаний и убийств, устроенных вторженцами с плана материи, она первой обратила свои клинки против своего хозяина и его прихвостней. Как никогда, в тот день она упивалась смертями и муками своих врагов, буквально усеяв трупами путь своего бегства. И на этом пути ей встретилась дроу.
Эльфийка была одной тех смельчаков, что осмелились устроить столь грандиозный переполох. Смертные вырезали почти всех работорговцев и убили огромное количество представителей местной знати. Ходили слухи, что одного из них выгнали из местного бара за устроенную драку. Как такое в принципе возможно, ламия представить не могла. Но зато это снимало все вопросы относительно смелости и безрассудности вторгнувшихся в бездну.
Врагов было много и оказавшаяся в одиночестве дроу обещала вернуть Ка’риш в родной мир в обмен на помощь. Но увы, когда девушкам удалось скрыться, артефакт, что должен был перенести обеих в лагерь сюзерена эльфийки, дал сбой. Что именно послужило причиной, выяснить так и не удалось. Девушки оказались заперты в суровом и неприветливым мире, без малейшей надежды на возвращение.
Ламия посмотрела на обходящего тушу поверженного отродья полуорка.
«Пока я дышу – никому не будет позволено обидеть тебя» – всплыли в памяти слова, что прошептал ей этот здоровяк. На душе стало чуточку спокойнее, а в следующую секунду страх окончательно уступил гневу и решимости – «Нет, себя она этим тварям живой точно не позволит заполучить! Как и этот мир, ведь как бы не был он суров и неприветлив, он стал для нее новым домом!»
*Марилит – шестирукий демон, со змеиным туловищем вместо ног. Коварные и опасные, они рождаются преимущественно из душ правителей и полководцев. Они крупнее ламий, но не имеют змей вместо волос и не обладают способностями медуз.
Интерлюдия третья – Велес и Мара
Чертоги старшего брата никогда не нравились Маре. Хотя, казалось бы, старший из богов, да еще и сам обрекший себя на вечное заточение, должен был озаботится каким-то подобием роскоши и комфорта пусть даже иллюзорными, но нет. Все по минимуму – абсолютному минимуму, а если быть совсем точной, то вообще ничего. Пустое пространство с бесконечной тьмой по периметру и легким туманом устилающим твердь.
В прочем производить впечатление на смертных здесь должно быть самое-то, особенно если перед ними он решит появиться в облике дракона, а он этот облик любил. Да и своим последователям или избранникам любил порой явиться в видении.
Впрочем, не ради красот и убранства навещала она Велеса, брат часто звал ее, дабы выслушать мнение о собственных планах или идеях. Или вместе понаблюдать за очередной компанией смертных, как собственно было и в этот раз. С той лишь разницей, что в этот раз компания была не совсем простой. Все трое были гостями из других миров. Один даже дважды, имея тело и душу прибывшие из разных мест.