– Именно. Трудно поверить, что мы там сели, а потом продолжили полет в прежнем направлении. Да и изображение на экране – ведь там была выделена именно эта звезда.
– Откуда же тогда эти твари?
– Не знаю.
Адам помолчал, затем снова взялся за обломок черепа:
– Так или иначе, они здесь есть. И мне надо довести проверку до конца.
Дальнейшее ковыряние в кишках мертвеца, однако, не принесло никаких открытий. Адаму попались еще несколько клочков бумаги, но совсем мелкие и расползающиеся – видно, часть распечатки этот человек все же изорвал на куски, прежде чем глотать. Возможно, профессиональный криминалист с соответствующим оборудованием и сумел бы восстановить полный текст, но Адаму это было не под силу. Его и без того мутило от того, что он делал, и главное, от нарастающего, наваливающегося сознания безнадежности всех попыток.
Никаких следов паразитов в мертвом теле не оказалось.
– Все же я думаю, что в системе Глизе 581 есть жизнь, – сказал Адам, поднимаясь. – Иначе нас бы туда…
– Жизнь в системе Глизе 581 обнаружена зондом «Гиперион-1», – произнес вдруг спокойный мужской голос.
Оба человека вздрогнули; Ева бросила дикий взгляд на мертвеца – ей показалось, что это заговорил он. Но оскаленные челюсти трупа оставались неподвижны, голос же продолжал звучать:
– Из семи планет системы к потенциально обитаемым относятся третья, четвертая и пятая. Орбитальное обследование, проведенное зондом «Гиперион-1», показало, что средняя температура на поверхности третьей планеты составляет около 360 градусов Кельвина из-за парникового эффекта, а количество свободного кислорода в атмосфере слишком мало, чтобы поддерживать существование аэробных форм жизни. Вместе с тем состав атмосферы и уровень радиации не исключают наличия на третьей планете анаэробных форм…
– Кто ты?! – крикнула Ева, задирая голову к потолку.
– Спокойно, – тихо ответил Адам. – Каким-то образом активизировался голосовой интерфейс информационной системы.
– …остается открытым, – продолжал голос. – Состав атмосферы и практическое отсутствие магнитного поля на четвертой планете делают ее, по всей видимости, непригодной для жизни; никаких признаков таковой не обнаружено. Условия на пятой планете более благоприятны. Средняя температура поверхности составляет 280 градусов Кельвина (значительно варьируясь в течение года ввиду высокого эксцентриситета орбиты, однако год длится лишь 67 дней, что, вкупе со значительной массой планеты и ее атмосферы, микширует температурные колебания); значительная часть планеты покрыта океаном, свободным ото льда в тропических широтах. Наличие в атмосфере двадцати шести процентов кислорода свидетельствует о его биогенном происхождении. Прямые доказательства наличия жизни на планете получены посадочными модулями А и Б, обнаружившими бактериальную флору в воде и почве соответственно. Орбитальные наблюдения позволяют предположить наличие обширных растительных массивов на суше тропического пояса и крупных форм жизни в океане, хотя, согласно мнению доктора Накамуры, сохраняется возможность иной интерпретации полученных данных. Необходимо дальнейшее исследование обеих планет с высадкой на поверхность. Однако сила тяжести на третьей планете составляет 2,7 g, а на пятой – 3,4 g, что затрудняет работу человека на поверхности. В связи с этим хотя корабль «Гиперион-3» рассчитан на одиннадцать членов экипажа, никто…
Что-то щелкнуло, и голос замолк.
– «Гиперион-3», – громко и отчетливо произнес Адам. – Информация о корабле «Гиперион-3». Ход экспедиции. Члены экипажа. Диагностика. Чрезвычайные ситуации на борту.
Но его призывы остались без ответа. Поврежденная система умерла так же неожиданно, как и пробудилась.
– Проклятая железяка, – устало выдохнул Адам.
– Да, – без выражения откликнулась Ева. – Проклятая. Мы прокляты с самого начала. Калкрин, Вонг, Накамура… все, кто имел отношение к этому проекту.
– Не все, – возразил Адам. – В распечатке упоминались и другие ученые. Бернштайн, Козельский… кто там еще… Миллер.
– Наверное, это теоретики, – ответила Ева. – Они не участвовали непосредственно в программе «Гиперион».
– И что? Что в этом такого? Я не верю во всякую мистическую чушь. Хотя… ну, допустим, те посадочные модули все же привезли какую-то заразу на Землю… Да нет, вздор. Нас бы тогда никуда не отправили.
– Ты лучше скажи, почему наш корабль называется «Гиперион-3». И никакого упоминания о втором. Только о первом зонде.
– Ну… наверное, второй послали обследовать какую-нибудь другую звезду, поэтому он и не имеет отношения к данной теме.