"Ну, ладно, ладно, не реви, -- сказал я. -- Ловко устроился, но слава Богу уeхал , убрался, -- это главное".
Она мигом успокоилась и даже просiяла, увидя, что я не сержусь, и пошла, шатаясь, в спальню, долго рылась, принесла какое-то колечко, сережки, старомодный портсигар , принадлежавшiй ея бабушкe. Ничего из этого я не взял .
"Вот что, -- сказал я, блуждая по комнатe и кусая заусеницы, -- вот что, Лида. Когда тебя будут спрашивать, были ли у меня враги, когда будут допытываться, кто же это мог убить меня, говори: не знаю. И вот еще что: я беру с собой чемодан , но это конечно между нами. Не должно так казаться, что я собрался в какое-то путешествiе, -- это выйдет подозрительно. Впрочем -- --" -- тут , помнится, я задумался. Странно, -- почему это, когда все {144} было так чудесно продумано и предусмотрeно, вылeзала торчком мелкая деталь, как при укладкe вдруг замeчаешь, что забыл уложить маленькiй, но громоздкiй пустяк , -- есть такiе недобросовeстные предметы. В мое оправданiе слeдует сказать, что вопрос чемодана был , пожалуй, единственный пункт , который я рeшил измeнить: все остальное шло именно так , как я замыслил давным -давно, может быть много мeсяцев тому назад , может быть в ту самую секунду, когда я увидeл на травe спящаго бродягу, точь-в -точь похожаго на мой труп . Нeт , -- подумал я, -чемодана все-таки не слeдует брать, все равно кто-нибудь да увидит , как несу его вниз .
"Чемодана я не беру", -- сказал я вслух и опять зашагал по комнатe.
Как мнe забыть утро девятаго марта? Само по себe оно было блeдное, холодное, ночью выпало немного снeга, и швейцары подметали тротуары, вдоль которых тянулся невысокiй снeговой хребет , а асфальт был уже чистый и черный, только слегка лоснился. Лида мирно спала. Все было тихо. Я приступил к одeванiю. Одeлся я так : двe рубашки, одна на другую, -причем верхняя, уже ношеная, была для него. Кальсон -- тоже двe пары, и опять же верхняя предназначалась ему. Засим я сдeлал небольшой пакет , в который вошли маникюрный прибор и все что нужно для бритья. ?тот пакетик я сразу же, боясь его забыть, сунул в карман пальто, висeвшаго в прихожей. Далeе я надeл двe пары носков (верхняя с дыркой), черные башмаки, мышиныя гетры, -- и в таком видe т. е. уже изящно {145} обутый, но еще без панталон , нeкоторое время стоял посреди комнаты, вспоминая, все-ли так дeлаю, как было рeшено. Вспомнив , что нужна лишняя пара подвязок , я разыскал старую и присоединил ее к пакетику, для чего пришлось опять выходить в переднюю. Наконец выбрал любимый сиреневый галстук и плотный темно-сeрый костюм , который обычно носил послeднее время. Разложил по карманам слeдующiя вещи: бумажник (около полутора тысяч марок ), паспорт , кое-какiя незначительныя бумажки с адресами, счетами... Спохватился: паспорт было вeдь рeшено не брать, -- очень тонкiй маневр : незначительныя бумажки как -то художественнeе устанавливали личность. Еще взял я: ключи, портсигар , зажигалку. Теперь я был одeт , я хлопал себя по карманам , я отдувался, мнe было жарко в двойной оболочкe бeлья. Оставалось сдeлать самое главное, -- это была цeлая церемонiя: медленное выдвиганiе ящика, гдe он покоился, тщательный осмотр , далеко впрочем не первый. Он был отлично смазан , он был туго набит ... Мнe его подарил в двадцатом году в Ревелe незнакомый офицер , -- вeрнeе, просто оставил его у меня, а сам исчез . Я не знаю, что сталось потом с этим любезным поручиком .
Между тeм Лида проснулась, запахнулась в земляничный халат , мы сeли в столовой, ?льза принесла кофе. Когда ?льза ушла:
"Ну-с , -- сказал я, -- день настал , сейчас поeду".
Маленькое отступленiе литературнаго свойства. Ритм этот -- нерусскiй, но он хорошо передает {146} мое эпическое спокойствiе и торжественный драматизм положенiя.
"Герман , пожалуйста, останься, никуда не eзди", тихо проговорила Лида и, кажется, сложила ладони.
"Ты, надeюсь, все запомнила", -- продолжал я невозмутимо.
"Герман , -- повторила она, -- не eзди никуда. Пускай он дeлает все, что хочет , -- это его судьба, ты не вмeшивайся..."
"Я рад , что ты все запомнила, -- сказал я с улыбкой, -- ты у меня молодец . Вот , с eм еще булочку и двинусь".
Она расплакалась. Потом высморкалась, громко трубя, хотeла что-то сказать, но опять принялась плакать. Зрeлище было довольно любопытное: я -хладнокровно мажущiй маслом рогульку, Лида -- сидящая против меня и вся прыгающая от плача. Я сказал с полным ртом : "По крайней мeрe, ты сможешь во всеуслышанiе -- ( -- пожевал , проглотил , -- ) вспомнить, что у тебя было дурное предчувствiе, хотя уeзжал я довольно часто и не говорил куда. А враги, сударыня, у него были? Не знаю, господин слeдователь".
"Но что же дальше будет ?" -- тихонько простонала Лида, медленно разводя руками.
"Ну, довольно, моя милая, -- сказал я другим тоном . -- Поплакала, и будет . И не вздумай сегодня ревeть при ?льзe".
Она утрамбовала платком глаза, грустно хрюкнула и опять развела руками, но уже молча и без слез .
"Все запомнила?" -- в послeднiй раз спросил я, пристально смотря на нее. {147}
"Да, Герман . Все. Но я так боюсь..."
Я встал , она встала тоже. Я сказал :
"До свиданiя, будь здорова, мнe пора к пацiенту".
"Герман , послушай, ты же не собираешься присутствовать?"
Я даже не понял .
"То-есть как : присутствовать?"
"Ах , ты знаешь, что я хочу сказать. Когда... Ну, одним словом , когда... с этой веревочкой..."
"Вот дура, -- сказал я. -- А как же иначе? Кто потом все приберет ? Да и нечего тебe так много думать, пойди в кинематограф сегодня. До-свиданiя, дура".
Мы никогда не цeловались, -- я не терплю слякоти лобзанiй. Говорят , японцы тоже -- даже в минуты страсти -- никогда не цeлуют своих женщин , -- просто им чуждо и непонятно, и может быть даже немного противно это прикосновенiе голыми губами к эпителiю ближняго. Но теперь меня вдруг подтянуло жену поцeловать, она же была к этому неготова: как то так вышло, что я всего лишь скользнул по ея волосам и уже не повторил попытки, а, щелкнув почему-то каблуками, только тряхнул ея вялую руку и вышел в переднюю. Там я быстро одeлся, схватил перчатки, провeрил , взят ли сверток , и уже идя к двери услышал , как из столовой она меня зовет плаксивым и тихим голосом , но я не обратил на это вниманiя, мнe хотeлось поскорeе выбраться из дому.
Я направился во двор , гдe находился большой, полный автомобилей гараж . Меня привeтствовали улыбками. Я сeл , пустил мотор в ход . Асфальтовая {148} поверхность двора была немного выше поверхности улицы, так что при в eздe в узкiй наклонный туннель, соединявшiй двор с улицей, автомобиль мой, сдержанный тормозами, легко и беззвучно нырнул .
ЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧЧ
ГЛАВА IX.
Сказать по правдe -- испытываю нeкоторую усталость. Я пишу чуть ли не от зари до зари, по главe в сутки, а то и больше. Великая, могучая вещь -искусство. Вeдь мнe, в моем положенiи, слeдовало бы дeйствовать, волноваться, петлить... Прямой опасности нeт , конечно, -- и я полагаю, что такой опасности никогда не будет , -- но все-таки странно -- сиднем сидeть и писать, писать, писать, или же подолгу думать, думать, думать, -- что в общем то же самое. И чeм дальше я пишу, тeм яснeе становится, что я этого так не оставлю, договорюсь до главнаго, -- и уже непремeнно, непремeнно опубликую мой труд , несмотря на риск , -- а впрочем и риска-то особеннаго нeт : как только рукопись отошлю, -- смоюсь; мiр достаточно велик , чтобы мог спрятаться в нем скромный, бородатый мужчина.
Рeшенiе труд мой вручить тому густо психологическому беллетристу, о котором я как будто уже упоминал , даже, кажется, обращал к нему мой разсказ , ( -- давно бросил написанное перечитывать, -- некогда да и тошно...) было принято мною несразу, {149} -- сначала я думал , не проще ли всего послать оный труд прямо какому-нибудь издателю, нeмецкому, французскому, американскому, -- но вeдь написано-то по-русски, и не все переводимо, -- а я, признаться, дорожу своей литературной колоратурой и увeрен , что пропади иной выгиб , иной оттeнок -- все пойдет на смарку. Еще я думал послать его в СССР, -- но у меня нeт необходимых адресов , -- да и не знаю, как это дeлается, пропустят ли манускрипт через границу, -- вeдь я по привычкe пользуюсь старой орфографiей, -- переписывать же нeт сил ... Что переписывать! Не знаю, допишу ли вообще, выдержу ли напряженiе, не умру ли от кровоизлiянiя в мозгу...