После злополучного года, проведенного в Беркли, Мираи несколько месяцев плыла по течению, а потом заявила, что хочет стать шеф-поваром, чтобы в дальнейшем открыть свой собственный ресторан. Кара, точно зная, что ее подруга едва ли может вскипятить воду, решила, что внезапный энтузиазм Мираи к кулинарии стал результатом просмотра слишком часто передачи Food Network, попыталась отговорить ее от этого. Мираи продержалась в кулинарной школе меньше полугода, вдвое дольше, чем Кара думала.
Проведя еще какое-то время в гостях у отца в Нью-Йорке, путешествуя с матерью в Японию, Флориду и Париж и вообще бездельничая, Мираи объявила, что готова снова серьезно заняться учебой. И поступление в школу дизайна казалось вполне естественным для такой модницы, как она. Мираи любила рассматривать и покупать одежду и аксессуары, у нее можно было увидеть стопки модных журналов в разных местах в квартире, она обладала сверхъестественной способностью тут же определять дизайнера и марку одежды, достаточно ей было бросить один взгляд. Однако, как выяснилось, она не обладала художественными способностями и едва могла нарисовать фигурку в виде палочек.
Она быстро переключила свое внимание с дизайна на модный мерчендайзинг, и на самом деле отучилась семестр, получив степень бакалавра искусств. Но затем, поскольку это было вполне типично для взбалмошной, тут же заскучавшей Мираи, она снова бросила учебу, заявив, что потеряла всю страсть и ей нужно время, чтобы пересмотреть свои направления в карьере.
Это было почти год назад, и с тех пор она все время плыла по течению — проводила время с обоими родителями, работала несколько месяцев в художественной галерее, принадлежащей друзьям семьи (хотя она призналась Каре, что совершенно не разбирается в искусстве), тратила уйму времени на просмотр телевизора, покупки, походы в спортзал и спа, встречалась с вереницей парней, каждый из которых оказывался для нее скучным после первого же свидания. Кара фактически отказалась от попыток советовать своей подруге попробовать себя в той или иной области, несколько месяцев назад осознав, что Мираи самостоятельно должна разобраться в себе.
Но было трудно не переживать за лучшую подругу или пытаться время от времени не давать ей советы. В конце концов, Мираи многое сделала для Кары, и она сделала бы гораздо больше, если бы Кара смогла проглотить свою гордость и принять многочисленные услуги, которые ей та предлагала. Мираи в буквальном смысле готова была снять с себя последнюю рубашку ради Кары, если бы они имели один размер. К несчастью для Кары, ее ультра худенькая подруга с убийственным гардеробом была по меньшей мере на четыре размера меньше ее самой. В противном случае шкаф Кары ломился бы по швам от вещей, отданных Мираи, которая была шопогиликом с серьезным стажем.
По крайней мере, Мираи смогла отдать ей кое-какие аксессуары, пару действительно сказочных сумочек, шарфов, бижутерию и ремни. Мираи также часто покупала много косметики — например, если ей нравился блеск для губ определенного бренда, она обычно покупала восемь разных оттенков этого блеска, а потом понимала, что, по крайней мере, два цвета ей совсем не подходят. И это означало, что у Кары появлялся довольно большой запас косметики от подруги, хотя большую часть времени Кара почти не красилась.
Мираи проверила на ощупь свежевыкрашенные ногти Кары.
— Ладно, они уже высохли. Но пока не одевай туфли. И… о, хорошо. А вот и ужин. Я умираю с голоду.
Кара впилась взглядом в Мираи, когда та бросилась открывать дверь человеку из доставки. Несмотря на то, что Мираи всегда отличалась стройной и худой фигурой, аппетит у нее был, как у хорошего здорового квотербека, заглатывая за раз огромное количество еды. Она утверждала, что все дело было в ее хороших генах со стороны матери японки, либо просто быстрый обмен веществ. В любом случае, Кара считала крайне несправедливо, что ей приходилось следить за каждой употребленной калорией, боясь набрать еще один фунт, в то время как ее ультра худенькая подруга могла есть все, что ей заблагорассудится, не прибавляя ни унции.
Кара скромно съела лишь «Пад Тай», куриный сатая, рис и креветки, хотя ничего не ела с самого завтрака. Мысль о явно жирном тройном сэндвиче, который она съела два дня назад, заставляла ее слегка вздрагивать, пока она мысленно подсчитывала сколько калорий в нем было. И она была слишком занята учебой и хозяйством по дому в эти выходные, чтобы пойти на тренировку. Занятия летом были гораздо более интенсивными, чем за год, учебная программа курса была сжата, нужно было уложиться за более короткий промежуток времени, и количество домашних заданий было больше, изучение предмета более тяжелым, чем обычно.