Пролистав документы добытые в доме Монди, Нэс отложил папку в сторону и накрыв уставшего помощника пледом из овчины настоящей шотландской горной выключил заезженный мотив. В библиотеке юриста основное место занимали британские шедевры, среди которых особо выделялся трактат Агаты Кристи про приключения Вики Адрон и её подружки Кристины. Не разделяя увлечений несостоявшейся порнозвезды, Нэс прилёг на диван и закрыл глаза. Никакой информации по делу, сплошные члены и конфликты, разбираться с тонкостями ядерной физики лучше было со свежей головой, звонок Кендрика Докамена во 2-м часу ночи заставил его очнуться, на BurnaGlova совершено разбойное нападение, в результате которого пострадали актёры массовки и лично Кендрик.
– И как это мне поможет обелить моё честное имя.– признался по совести Нэс, помятуя чем заканчивается роман отъявленной неудачницы.
– Среди нападавших был наш бывший конферансье и интересовало его отнюдь не то о чём вы подумали.
– Тогда ладно.– разлепил ясны очи сбежавший властитель NY, заставляя поддаться его манере вести дела и всегда красочного Рафаэля.
Не откладывая в долгий ящик свидание с неизбежным, Тополь Столбов приехал на Риджент-стрит где по его информации должны были находиться Алексей и Зафутдин. T-lon Эбрахама Кента уже не казался бывшему олигарху лакомым куском, всё сознание бывшего казначея мафии было устремлено на сохранение собственной жизни. Взяв в правую руку подаренный ему лично товарищем Черненко ТТ (Тульский Токарев), Тополь осторожно открыл дверь покоев Алексея и сделал несколько холостых выстрелов в воздух. Никакой реакции.
– Ваня неужели ты решил, что я забыл как выглядит смерть.– перебравшись от одного края стены к другой вспоминал бывших друзей Столб, исполнявший во времена Мицуридзе Белого роль шавки на побегушках у воров.
В ответ молчание. Набравшись храбрости, Тополь потянулся рукой к выключателю и чуть не блеванул когда покои его телохранителей озарились сиянием огня. У дальнего конца комнаты распластавшись лежал Лёша Пыщ, а Зафутдин Бедный и того больше свернул голову в направлении гостей.
Почувствовав чьё-то присутствие за спиной, Тополь инстинктивно развернулся, но не успел сделать и шага, как на его голову приземлилась ненависть Настасьи. Удержавшись от удара, Столб покосился в сторону нападавшей и даже успел послать привет товарищу Черненко, оплеуха Потапа, который дожидался окончания баталии на безопасном расстоянии привычек партийных вождей завершила начинания подрастающей убийцы. Тополь Столбов оказался в знакомом положении параши.
Отправив Мать Терезу на оговорённую встречу с господином Кентом, Потап Кирилл выбил из Тополя достойное наследство для Ольги Герцен и записав имена оставшихся на свободе изменников родины, коими из кровавых уст Столба явились Прохор Раздвоенный и Олег Неспасски докончил испражнения Кондора. Небольшой завод и иностранный капитал принадлежавший власти были неплохим вкладом в новую идею вора в законе. Потап планировал подчинить себе имеющуюся инфраструктуру бывших достижений продолжателей дела “лошадиного”. Эбрахам Кент стал для Настасьи Шевченко-Гульд не первым и не последним доказательством пороков общества, в очередной раз лишившись девственности, девушка приобрела твёрдое намерение закончить образование вне застенков Железного занавеса.
Добравшись до студии BG уже под утро, Нэс и Рафаэль даже представить себе не могли какая неприглядная картина предстанет перед их взором. Съёмочная площадка Кендрика Докамена больше походила на декорации к новому фильму Джеймса Кэмерона, нежели на уютное гнёздышко Иванессы и её приятелей по ремеслу. Осмотревшись, но не найдя следов крови или других улик, приятели на ощупь отыскали дверь кабинета пустяка и даже не удосужившись постучаться вломились в покои продюсера нашумевшего триллера. Зажимая рану на шее, тот валялся на диване не в силах противостоять естественным законам тяготения. Весь удар неизвестных Кендрик принял на себя.
– Я звоню в скорую, постарайся его не сильно утомлять.– посоветовал Рафаэль, чувствуя что дело попахивает жаренным в прямом смысле данного выражения.
Потеребив Кендрика за плечо, и услышав тихое сопение в ответ, Нэс Хойна подложил под голову старика подушку и не зная с чего начать признался тому в своих гетеросексуальных предпочтениях.