Выбрать главу

Я вставил дроссель на место, вылез из машины, поднял капот, повернулся и посмотрел на большой дом, почти уверенный, что Тодди и Тодхантер там. Ни в одном из множества окон фасада я не заметил движения, чего, впрочем, и не ожидал. Я не слышал также никаких звуков, кроме работающего мотора такси. Однако скоро шума тут будет предостаточно.

С тех пор как я передал Полу Энсону этот адрес и попросил сообщить его полиции, прошло более двадцати минут. Вскоре послышатся сирены.

И вот тут я вспомнил, как Пол хлопал себя по ляжке и покачивал своей пустой головой. Наверняка Энсон принял мои слова за шутку. Я посмотрел на Бима и с тоской осознал, что полиция не появится. Я остался наедине с двумя гориллами, а может, и не только с ними.

Мне пришлось сделать вид, будто я занялся мотором. Бим расхаживал вокруг, продолжая глазеть на меня. Казалось, он начинает злиться. Его огромная ладонь медленно стиснула и расплющила бумажный стаканчик. Но этот стаканчик был пуст.

Это означало, что большой Бим полон до краев.

А чем именно полон?

Ведь смесь, приготовленная для меня Полом Энсоном, просто сверхмощный наркотик. Хотя ни об одном наркотике не скажешь «просто». Это был кофе, да, но кофе, смешанный с сильным ингредиентом, нейтрализующим эффективность кофеина.

Из всех великанов, когда-либо виденных мной, Бим был самым высоким, крупным и широкоплечим. Значит, он невероятно силен и вынослив. Поэтому, когда лекарство подействует на него (если вообще подействует), я или выиграю настоящую битву, или отдам концы во время схватки. Главная идея операции состояла для меня в том, чтобы продержаться до тех пор, пока на охранников не подействует лекарство. Я видел в этом единственный способ пробраться в дом, сделать то, что следовало, и выбраться оттуда живым вместе с Тодхантером и Тодди.

Но возможно, Бим принял аспирин.

— Что ты там делаешь, парень?

— Мотор заглох. Это с ним иногда случается.

Я взмок от напряжения. Так больше не может продолжаться. Моя нервная система не выдержит. Вчера вечером я вдоволь пообщался с тремя девушками, потом встретился с Доу, посетил «Равенсвуд», заглянул к Атлас. А неприятности не иссякают, что скоро и неизбежно приведет меня к нервным и психическим срывам. Я буду видеть голоса, слышать цвета и чувствовать запах ударов по голове.

Но тут, наконец-то, где-то за домом послышался хриплый крик. Второй охранник обогнул здание и побежал к нам. Ему это не вполне удалось. Я с облегчением выдохнул.

Застряв на полпути от нас, парень начал бегать по узкой дуге, по очень узкой дуге.

— Бим! — завопил он. — Посмотри, Бим... Это... думаю... он положил чевой-то в кофий!

— Что с Коуни? — озадаченно спросил Бим.

— Хороший вопрос, — ответил я. — Отличный вопрос. Он и в самом деле ведет себя странно, не так ли?

Бим кивнул, его челюсть отвисла, как ковш парового экскаватора.

Я между тем наблюдал за Коуни, который, повертевшись на месте не больше двух секунд, совершил действительно храбрый поступок. Он замер, уставившись на нас, хотя все в нем, должно быть, кричало: «Иди! Иди!» Потом Коуни начал дергать руками, словно пытаясь освободиться от них. И вдруг поднял правую руку, похлопал себя по груди, а затем посмотрел на свою ладонь.

Коуни едва шевелился, каждое его движение напоминало замедленную съемку, но в его руке появилось нечто еще более неприятное, чем его лицо. Я увидел большой автоматический пистолет 45-го калибра.

Намерения охранника не вызывали сомнений. Коуни хотел застрелить меня.

Судя по выражению его лица, меняющемуся с пугающей быстротой, Коуни намеревался выстрелить так, чтобы не уложить меня на месте, а заставить мучительно и медленно агонизировать. Убежден: если бы у него было время, он спланировал бы что-нибудь поистине дьявольское — или защекотал бы меня до смерти, или бросил бы на съедение термитам. Но именно времени ему и не хватило. Вероятно, у Коуни оставалось всего лишь несколько секунд, но он все еще предпринимал отчаянные попытки молчаливо и безуспешно бороться с собой.

Я даже не потянулся за своим револьвером, ибо наблюдал нечто значительно превосходящее мои ожидания. Такого я никогда не видел прежде и наверняка не увижу впредь: неодолимая сила столкнулась с непреодолимым объектом.

Коуни удалось вынуть револьвер. Однако никто не носит автоматический пистолет 45-го калибра со взведенным курком. Поэтому охраннику пришлось взвести курок. Коуни ухватился за рукоятку и замер на мгновение, но все же взвел курок и приготовился выстрелить. И он сделал это, но попал не в меня. Коуни выпустил одну пулю из своего пистолета, но оружие было направлено вверх и в сторону, так что пуля лишь срезала маленькую веточку перечного дерева.

После этого охранник оставил свои попытки. Человек не в силах вынести так много. Коуни, издав еще один хриплый крик, пробежал мимо нас в ворота и припустил по улице. Коуни, конечно, не знал, куда бежит, и не думал об этом. Он просто бежал. Бим вырос справа от меня.

— Ты это сделал! — заявил верзила.

— Да. Это сделал я.

В руках у Бима не было оружия, но он наступал на меня, сжимая и разжимая свои огромные лапы. Я хотел побыстрее оказаться в доме, особенно после криков и выстрелов, но сначала мне предстояло разобраться с Бимом, а потом заняться всем остальным. Я расставил ноги пошире и подпустил его поближе.

Я вполне уверен в себе. Пока мне противостоит один человек, меня не беспокоит его сила. В основном моя уверенность базируется на том, что сотни часов были потрачены мною на обретение и поддержание формы, на совершенствование нескольких бросков и захватов из дзюдо, а также защиты без оружия. После часа такой тренировки едва держишься на ногах. Кроме того, я бывший морской пехотинец.

Я правильно оценил Бима. Когда охранник потянулся к моему горлу, я понял, что он станет легкой добычей. Все, что мне придется сделать, — это схватить Бима за запястье и выше локтя и ударить своим бедром по его бедру, а затем резко наклониться вперед. Сила инерции и моя уложат Бима на землю, как гигантскую кеглю.

Я все рассчитал точно. Бим прятал свое мясистое лицо, выставив вперед руки. Я сразу обхватил его правую руку, повернулся, ударил Бима правым бедром, наклонился вперед и заставил его взлететь... Нет, это я оторвался от земли, слегка оттолкнувшись ногами, пролетел несколько метров и приземлился, сильно ударившись.

Я лежал, чувствуя себя ужасно. Хорошо, что я не выпил ни глотка кофе. Я ослабел после того, как оказался в воздухе. И вот, кружа возле меня, то входя в фокус, то выходя из него, возникло нечто похожее на помесь Гаргантюа и лося. Это существо действительно напоминало гибрид. В последний момент просветления я понял, что это Бим. Да, вот такие дела. Охранник оказался круче, чем я думал. Но по крайней мере, у меня была уверенность. Я проникся сейчас чертовской уверенностью в том, что он собирается убить меня.

Бим, стиснув мне горло, поднимал мою голову и вдавливал ее землю. Не думайте, что мне это понравилось. Я почти слышал, как дребезжат и пощелкивают мои мозги, издавая звук шарика, падающего в углубление колеса рулетки.

Я лежал на спине и, когда Бим придавил мою голову, оказался в крайне невыгодном положении, но все же умудрился выставить перед собой правую руку. Всего через секунду я поймал его. Переносица человека тоньше листа бумаги. Удар по ней загоняет кости прямо в мозг. Во мне вспыхнуло желание убить его! Я врезал ему по носу. Бим хрюкнул и шарахнул меня по голове.

«Умри! — подумал я. — Умри!» Мои мысли путались. С тем же успехом я мог бы врезаться головой в землю. Но когда отчаяние уже охватило меня, во мне вдруг пробудилась надежда. С Бимом тоже что-то произошло, и он выпустил мою голову, словно выронив ее. Тут я начал кричать.

Бим по-прежнему нависал надо мной, но теперь он прижал руки к бокам, широко растопырив пальцы. Он вскинул голову, будто увидев что-то в небе, потом сжал кулаки и уставился на меня. Но Бим не видел меня и секунд пять стоял, застыв как статуя.