Выбрать главу

Потом его лицо исказили ужас и недоумение. Рот Бима открылся, и охранник издал странный плачущий звук, почти басом, но с несколькими высокими, визгливыми нотами. Так взвыла бы помесь кабана с сиреной. Бим подскочил, сделал пируэт с ловкостью слона, поворачивающегося на двух ногах, и исчез из виду.

Я поднялся и покачнулся. Все вокруг вращалось. Мои мысли путались. Я остался один; я победил.

Шагнув вперед, я упал ничком. Однако упорство заставило меня доползти до ступеней перед входом и встать. Я подошел к большой двери, но она оказалась запертой.

Через несколько секунд моя голова прояснилась. Безумие покинуло меня. Глубоко дыша, я начал размышлять о том, что происходит в доме. Казалось, после первых криков прошел целый час, но я знал, что это случилось примерно минуту назад, а выстрел прозвучал не больше чем через тридцать секунд после этого.

Теперь у меня исчезла необходимость соблюдать тишину. Я вынул свой тридцать восьмой, посмотрел, как он покоится на моей ладони, затем дважды выстрелил в замок. С третьего захода дверь открылась, и я увидел большой холл. Винтовая лестница справа от меня вела на второй этаж. Вокруг никого не было. Я взбежал наверх, прыгая через три ступеньки.

Направо и налево от лестницы тянулся коридор. Двери нескольких комнат оказались закрыты. Пока я не видел в доме ни одного человека, но знал, что Тодхантер и Тодди где-то здесь. Поэтому подбежал к первой двери и распахнул ее. Комната была пуста.

Я открыл следующую дверь. У окна в другом конце комнаты спиной ко мне стоял Гордон Тодхантер. Он обернулся и удивленно посмотрел на меня. В его руке был пистолет 45-го калибра.

Гордон улыбнулся:

— О, это вы... — и поднял руку с оружием.

Я дважды выстрелил в него.

Глава 16

Тодхантер согнулся, прижав руки к груди. Его колени подкосились, и он сел на пол, опираясь рукой о ковер. Тодхантер не выпустил пистолет, хотя уже не мог вскинуть его.

Я бросился к нему и вырвал у него оружие. Он подался назад и прислонился к стене. Похоже, Тодхантер пока не испытывал сильной боли, если вообще хоть что-то чувствовал. Шок на некоторое время избавил его от мучений. Я видел, что он тяжело ранен, — и по его лицу, и по двум пулевым отверстиям. Кровь уже заливала на груди его белую пижаму.

Тодхантер медленно покачал головой и посмотрел мне в лицо. Я сидел возле него на корточках. Он даже попытался улыбнуться. Я удивился, что этот человек так расположил меня к себе за столь короткое время.

— Мне очень жаль, Гордон, — проговорил я. — Слышишь, ублюдок?

— Это... выравнивает счет. — Он имел в виду, что я спас ему жизнь, вытащив из «Равенсвуда». Тодхантер продолжал: — Дело очень запутанное, даже для меня. Но где я ошибся?

— В основном в письме к Тодди. Оно убедило меня занять вашу сторону. Благодаря ему я двинулся в верном направлении. Хотя, конечно, не только это помогало мне выйти на вас. Я полагал, что Себастьян Вайз и есть главный, что именно он — Босс.

Гордон кивнул:

— Да, я посадил Вайза в сенат. Готовил его в губернаторы. Я, возможно, и добился бы для Вайза губернаторского поста, но у него возникли идеи. Слишком масштабные для такого, как он. Если бы Вайз согласился пойти со мной... Но он попытался убить меня, желая занять мое место, получить мою власть. — Гордон пристально взглянул на меня. — В подвале дома у меня хранятся магнитофонные записи, кинопленки, фотографии, документы, заставляющие двадцать семь важных персон ходить по струнке. Двадцать семь, включая пять законодателей в Сакраменто. Но вдвое больше тех, кто выполняет все мои указания только потому, что я помог им подняться наверх за последние двадцать лет. И вот один из них — Вайз — решил попытаться захватить власть.

— Я заподозрил, что он, вероятно, старался избавиться от вас. Иначе вы не написали бы мне то письмо. Когда это случилось?

— В ту самую ночь, когда Вайз велел убить Стоуна. Вы, наверное, поняли, что Стоун был моим человеком. Он семь лет работал на меня. — Тодхантер помолчал. — До него это место занимал другой человек в течение двенадцати лет. Он понимал, чего я хочу, с полуслова. — Гордон помолчал, и глаза его выразили удивление. — Письмо к Барбаре? Как оно могло...

— На нем был этот адрес, — пояснил я. — Конечно, его следовало отправить по этому адресу, чтобы она получила его. А совсем недавно я узнал от девушки по имени Атлас, что она приезжала с Джорджем Стоуном в большой дом на Ферн-роуд... такой большой, что у ворот стоят два вооруженных охранника. Она ждала Стоуна в машине. Он сказал ей, что здесь живет большой босс. Когда я вспомнил, что вы живете в той части Ферн-роуд, где дома с каменными оградами и железными воротами, все встало на свои места.

Я не слышал шагов, но дверь, соединяющая эту комнату с соседней, открылась. Обернувшись, я увидел на пороге Тодди, растрепанную, в красном китайском халате. Вероятно, она спала, но шум разбудил ее.

Взгляд девушки упал на отца, скорчившегося на полу, потом на меня. Она закричала и бросилась к нему (а может, ко мне), но моя пуля из сорок пятого вонзилась в пол возле ее ног. Тодди замерла в полном недоумении.

— Вернись, детка. Просто сохраняй дистанцию.

— Шелл, ты...

— Заткнись. Где-то в доме есть телефон. Пойди и позвони доктору. Затем вызови полицию. Но больше никому не звони. Побыстрее, детка.

— Сделай то, что он говорит, Джен, — подтвердил Тодхантер. — Этот человек не шутит.

Девушка вышла.

— Джен? — спросил я. — Полагаю, это ее настоящее имя?

— Дженет. Дженет Уэллес. Я решил, что лучше послать письмо моей «дочери». Моя настоящая дочь Барбара все еще путешествует по Европе. Кроме того, я нуждался в вашей помощи. А Джен достаточно умна, и я надеялся, что она поймет, чего я хочу. Так или иначе, она хорошо справилась с заданием.

— Вы и не представляете, насколько хорошо, — начал я, но прикусил язык, смекнув, что Тодхантер умирает. Вместо этого я сказал: — Забавно. Я всегда буду думать о ней как о Тодди.

Гордон добавил кое-что еще. Из его слов и из того, что я уже понял раньше, сложилась полная и ясная картина. Какое-то время я считал, что Тодхантер случайно оказался замешан в планы Вайза, который и преследовал его по этой причине. Но теперь выяснилось, что в центр паутины угодил сам Шелл Скотт.

Как уже сообщил Тодхантер, Вайз вынашивал честолюбивые планы. Он решил убить своего босса и со временем занять его место. Возможно, Джордж Стоун что-то узнал о предстоящей борьбе за власть и вздумал поделиться со мной информацией. Игра началась! Теперь я понял, почему Джордж обратился ко мне, а не к кому-то другому из комиссии, почему считал, что сможет получить полную неприкосновенность. Предоставленной им информации (о том, что Тодхантер — мистер Босс, а Себастьян Вайз, как и многие другие, подчиняется его воле) хватило бы для того, чтобы комиссия избавила его от судебного преследования и, уж во всяком случае, гарантировала ему жизнь.

Большая часть моих прежних умозаключений по поводу Вайза подтвердилась. Я ошибся лишь постольку, поскольку не учел, что Вайзу противостоял Тодхантер. Вайз приказал убить Стоуна, подслушав часть моего телефонного разговора с ним, ибо встревожился, как бы тот не поделился со мной информацией. Позднее, в тот же вечер, я позвонил Вайзу домой и несколько успокоил его, сообщив, что ничего не узнал. Таким образом, это была битва между двумя большими людьми — Вайзом и Тодхантером, — где каждый делал ход лишь для того, чтобы парировать ход соперника. Я оказался в точке пересечения их интересов.

Узнав об обстоятельствах убийства Стоуна, Тодхантер понял, что произошло и почему. По словам Тодхантера, в ту же ночь один из телохранителей предпринял неудачную попытку убить его. Однако после смерти Стоуна он был начеку и ко всему подготовился.