И вот Муни решил приударить за новенькой, которая совсем не воин и совсем не имеет оружия. Уркас несколько раз еле сдержался, чтобы не врезать нахальному персу по его похотливой роже, когда тот делал «ему» недвусмысленные намёки и даже украдкой ущипнул за зад.
Но работа – прежде всего. И она совместными усилиями подходила к завершению. Девушки наблюдали, как Уркас с видом настоящего знатока осматривал шатер, на котором не должно быть щелей, чтобы пар не выходил наружу. Также Уркас собственноручно сложил очаг из камня, принесенного Муни. А уж за специальными травами, которыми впоследствии должна окуриваться баня, скиф отправился сам. Когда вернулся, то увидел толпу амазонок, которым не терпелось испытать новшество, дарящее чистоту и особые ощущения.
- Вы только понюхайте, как пахнет! – с восторгом хвастался перед девушками Уркас, потрясая собранным букетом из разных трав.
- А я могу сказать, чем пахнет! – внезапно Уркас услышал позади голос Чучи. Парень обернулся и от хитрого взгляда шаманки чуть не выронил букет из рук.
Девушки расступились перед шаманкой, не сговариваясь. Чуча подошла к Уркасу и прислонилась губами к его уху.
- Пахнет переодетым мужиком, - прошипела Чуча еле слышно, но для скифа эти слова были как гром среди ясного неба.
Бедняга не знал, что ответить грозной тётке. Он просто учащенно моргал и, затаив дыхание, ждал разоблачения и неминуемой смерти. А в голове шумели мысли: как быть, что предпринять? И спасительная мысль нашлась. Уркас наклонил свою голову к уху шаманки и прошептал ей в ответ:
- От Вас ничего не утаишь. Но я Вам не враг. И чтобы убедиться, что я могу быть для Вас полезен, испытайте первой баню. И я обещаю, что Вы будете меня умолять делать для Вас это еще и еще.
Чуча, видимо, не ожидала такого дерзкого ответа. Она некоторое время помолчала, не сводя глаз с Уркаса. Чтобы сделать ситуацию еще более выгодной для себя, банщик отобрал из букета несколько стеблей и протянул старушке.
- А вот это – не для бани. Это для Вашей трубки, - и Уркас лукаво улыбнулся Чуче.
Шаманка взглянула на растение. Она его вроде и видела в здешних местах, но в своих снадобьях никогда не использовала, и ей даже было неловко, что какой-то молокосос знает о чудесных травах больше, чем она сама.
Спустя совсем немного времени УРКАС вышел из дымящейся бани, предварительно окурив ее изнутри дымом тлеющих трав. А Чуча уже успела вернуться из своего шатра, захватив свою любимую костяную трубку.
По своей площади баня могла вместить в себя четырех человек. Поэтому первыми ее посетителями стали шаманка Чуча, царица Гелена и боевая наставница Лидия. Перед входом в баню дамы разделись догола и вошли внутрь. Уркас был вынужден последовать за ними в качестве обслуживающего персонала. Как же ему было трудно сохранять невозмутимый вид при виде прекрасных обнаженных женских тел (кроме, конечно, шаманки Чучи). На вопрос царицы, почему Уркассэлла не раздевается, банщик ответил, что ему так удобнее выполнять свои функции.
Когда пар распространился по всему шатру, шаманка раскурила свою трубку с подаренными Уркасом травами. После пары затяжек ее глаза округлились, рот приоткрылся, а брови приподнялись так, что на лбу собрались глубокие складки.
- Вот дерьмо! – выдохнула Чуча. – Я такого в жизни не пробовала. Да ты просто бог бани!
Чуча заметила на себе удивленные взгляды Гелены и Лидии, и тут же постаралась исправиться.