- Так точно, босс, - сказал боец, вставая в боевую позицию.
– Всё будет хорошо, – сказал он, повернувшись ко мне. – Обещаю.
Сознание постепенно покидало меня. Я закрыл глаза и отдался на волю судьбы. Я знал, что это конец.
Моё возвращение в Палермо обернулось трагедией. Я не смог спасти Сальваторе. Внутри меня всё болело, то ли от боли потери, то ли от боли после взрыва.
Мои глаза медленно закрылись, и я провалился в темноту.
***
Постепенно тьма начала рассеиваться, уступая место размытым очертаниям. Я почувствовал слабый запах лекарств и услышал приглушенные голоса. С трудом разомкнув веки, я увидел над собой белый потолок.
Попытка пошевелиться отозвалась острой болью. Каждое движение отдавалось жгучей пульсацией в обожженных участках кожи, а осколки, что еще недавно были в теле, неприятно покалывали. Я застонал, и тут же рядом возник силуэт. Это был Алессандро. Его лицо осунулось, в глазах читалась усталость и тревога.
– Макс! Ты очнулся! – в его голосе прозвучала неподдельная радость.
Я попытался что-то сказать, но горло пересохло. Алессандро тут же поднёс к моим губам стакан воды.
– Не торопись, – сказал он. – Тебе нужно отдохнуть.
Я сделал несколько глотков, и вода немного облегчила боль.
— Где я?
— В лазарете.
– Сальво… – прошептал я.
Лицо Алессандро помрачнело.
Он замолчал, не в силах подобрать слова. Я отвернулся, глядя в окно. За ним простиралось Палермо.
Я закрыл глаза, позволяя горькой правде пропитать каждую клетку моего тела. Сальваторе мертв. Моя последняя связь с семьей оборвалась в этом проклятом городе. Воспоминания нахлынули потоком: детство, проведенное в тени его любви и защиты, первые уроки жизни, его мудрые советы и поддержка. Теперь все это – лишь воспоминания.
Я снова открыл глаза, устремляя взгляд в потолок. Гнев начал закипать внутри меня, вытесняя скорбь. Гнев на Моретти, на его жестокость и беспринципность. Он отнял у меня Сальваторе, но он не сломает меня. Я отомщу за его смерть.
– Алессандро, – произнес я, мой голос звучал хрипло, но в нем слышалась сталь. – Я должен найти Моретти.
Алессандро вздохнул.
– Я понимаю, Макс. Но сейчас тебе нужно восстановиться.
– У меня нет времени на отдых, – возразил я. – Каждая минута промедления дает Моретти преимущество.
Он покачал головой, но в его глазах я видел понимание.
— Мне нужен телефон.
— Держи, — Алессандро протянул мне свой мобильный, и я быстро набрал номер Софии.
— Кто это? — раздался её голос по ту сторону экрана. Почему–то от её голоса мне стало легче, но, быстро откинув эту мысль, я ответил:
— Это Донато, всё оказалось намного сложнее, вы нужны мне в Палермо.
– Хорошо, я соберу всех, и мы прибудем как можно быстрее.
Между нами повисла неловкая пауза.
— Как Сальваторе? - спросила аккуратно она.
— Он мёртв.
— Мне жаль, — в её голосе чувствовалась поддержка, — держись. Мы скоро бг.
— Спасибо.
Я отключил вызов, чувствуя, как новая волна боли пронзает меня. София всегда умела найти нужные слова, даже в самые темные времена. Она была мне как сестра.
Алессандро молча наблюдал за мной. Он знал, что меня не остановить.
– Я помогу тебе, Макс, – сказал он наконец. – Но ты должен пообещать мне, что не будешь действовать безрассудно и пообещаешь, что сначала ты поешь и немного поспишь.
– Обещаю, – ответил я, хотя знал, что это не совсем правда. Мое обещание, хоть и не большое, было дано в тумане боли и ярости, и я не мог гарантировать, что сдержу его.
Вскоре в палату вошла медсестра и поставила передо мной поднос с едой. Я неохотно съел немного супа и хлеба, чувствуя, как силы постепенно возвращаются ко мне. Алессандро сидел рядом, не отводя от меня взгляда. Когда я закончил есть, он помог мне лечь поудобнее и накрыл одеялом.
— Вам лучше покинуть палату, ему нужно отдохнуть.
— Я буду ждать тебя на улице, и помни: ты не один.
Я кивнул, и Алессандро вышел из палаты. Я остался один, наедине со своими мыслями и жаждой мести. Моретти заплатит за смерть Сальваторе. Он заплатит за каждую слезу, за каждую каплю крови. Я сделаю всё, чтобы он пожалел о том дне, когда лишил меня семьи.
Я должен найти Моретти. Мои руки задрожали от ярости, я не буду спать, пока не отомщу.
***
Прошло около двух часов, как в палату вновь вошёл врач, чтобы осмотреть меня. Он сказал, что мне нужно ещё время для восстановления, но я проигнорировал его слова. У меня не было времени на это. Я должен был действовать.
Как только врач ушел, я встал с кровати. Голова закружилась, но я устоял на ногах. Я был слаб, но полон решимости. Я должен найти Моретти.
Я медленно и скрытно пробрался к выходу, идя по коридорам лазарета, сливаясь с другими пациентами и персоналом.