– Что? Нет, я не пил! - запротестовал адвокат, отступая назад. – Это все ошибка! Кто вы вообще такие?
– Не думаю, - ответил Симоне, хватая адвоката за руку. – Вы арестованы по подозрению в вождении в нетрезвом виде. Алессандро, зачитай ему права!
– У меня встреча! Я опаздываю! Вы не имеете права меня задерживать! Позвоните моему адвокату, немедленно!
Пока Алессандро с наигранной серьезностью зачитывал права перепуганному адвокату, Франческо, как тень, уже пробирался к Mercedes. Ловким движением он открыл дверь, вытащил из кармана охранника пистолет и прикрикнул:
– Я прикрою вас!
– Что происходит? Куда вы везете моего адвоката! – закричал Франческо, под видом охранника.
– Он арестован, – ответил Симоне, небрежно махнув рукой. – Мы заберем его для проведения допроса. Не волнуйтесь, если он невиновен, его скоро отпустят.
– Никуда он не поедет, без ордера на арест вы не имеете права его увозить, к том уже машину поведу я, – сказал Франческо, выходя из машины.
– Вы не имеете права, я буду жаловаться! - кричал адвокат, пытаясь вырваться из хватки Симоне. – Я позвоню Энцо, вы все поплатитесь! Я сейчас же звоню в свою компанию!
– Ладно, ладно, мы уходим, – сказал Алессандро, поднимая руки вверх, показывая, что сдаётся.
"Полицейские", окончательно потерявший всякую надежду, уже не сопротивлялся.
– Смотрите, чтобы впредь такого не было, – проговорил Алессандро с наигранной агрессией.
Когда "полицейские" прошли к своей машине, Франческо, воспользовавшись растерянностью Матео, "заботливо" помог адвокату подняться в фургон, но, пока подставлял плечо, сделал еле заметный укол чем-то тонким в шею, изображая "медицинскую помощь". Затем, пробормотав что-то невнятное, опустил его без сознания на сиденье, а сам сел за руль и повёз в назначенное место.
– Всё готово, дон Донато, – прошептал Франческо в микрофон, спрятанный в его воротнике.
– Отлично, Франческо. Доставьте его по адресу, – ответил я, слушая весь этот фарс через наушник. – И будь осторожен, не привлекай внимания.
В это время я и Антонио ждали Элеонору в полумраке дорогого бара, с приглушенным джазом и блеском хрустальных люстр. Она была одета в элегантное платье, с бриллиантами на шее. Она выглядела уверенной и неприступной. Я отдал ей телефон с гарнитурой. Через гарнитуру София должна была подсказывать ей, как действовать.
– Феррара уже в пути, – сказал я. – И помни, твоя безопасность – прежде всего.
Элеонора кивнула и направилась к Энцо.
Я наблюдал за ней издалека, мое сердце колотилось в груди. Энцо сидел за столиком, попивая виски. Он выглядел расслабленным и уверенным в себе. Элеонора подошла к нему и что-то сказала. Энцо поднял голову и улыбнулся.
Через гарнитуру я слышал её ровный, соблазнительный голос.
– Энцо, дорогой, – произнесла она своим низким, бархатным голосом, полным обмана, – я так рада тебя видеть. Я так соскучилась.
Энцо, сидевший за столиком с бокалом виски, поднял голову. В его глазах на мгновение мелькнула тень удивления, сменившаяся холодной улыбкой.
– Элеонора. Ты вернулась. Это неожиданно, – он сделал глоток виски, не отрывая от нее взгляда. – Я был занят. Слишком занят.
– Чем же? – спросила она, присаживаясь напротив него. В её голосе звучала легкая, игривая насмешка. – Может быть, новым бизнесом в США? Или… новыми связями?
Энцо откинулся на спинку кресла, его взгляд стал жестче.
– Возможно. Но это секрет. Ты же знаешь, как я люблю секреты.
Элеонора наклонилась ближе, ее аромат заполнил пространство между ними.
– А я люблю секреты, – прошептала Элеонора. – Особенно те, которые мне рассказывает мой любимый муж. Я совершила ошибку, оставив тебя.
Энцо наклонился к ней, его глаза загорелись.
– Я знаю, что ты любишь, – прошептал он в ответ.
В этот момент София прошептала в гарнитуру:
– Спроси его о Моретти. Он должен упомянуть его.
Элеонора, повинуясь инструкции, изменила тон.
– Говорят, Моретти недоволен твоей деятельностью. Он считает, что ты работаешь за его спиной.
Лицо Энцо мгновенно потемнело. Его улыбка исчезла.
– Кто тебе это сказал? – прорычал он.
– Неважно, – ответила Элеонора. – Важно то, что ты в опасности. Моретти чувствует, что ты становишься слишком самостоятельным. А он не любит конкуренции.
– Я не боюсь Моретти, – ответил Энцо, сжимая кулаки. – У меня есть то, что ему нужно. И я использую это против него.
– И что же это? – спросила Элеонора.
Энцо замолчал. Он смотрел на неё с подозрением.
– Ты слишком много задаёшь вопросов, Элеонора, – сказал он. – Слишком много для простой жены. Слишком много для женщины, которая сбежала, а теперь вновь пришла. Зачем ты на самом деле здесь? Кто прислал тебя?