– Хорошо. Моретти даст вам шанс. Но вы должны доказать свою верность.
Я посмотрел ему в глаза, стараясь не выдать свой страх. «Верность… Что он потребует взамен?».
– Я докажу, – сказал я, стараясь звучать уверенно.
Но буду ли я готов убить? Смогу ли я переступить через себя, чтобы достичь своей цели?
Я чувствую, что у меня всё сгорит внутри. Посмотрел вниз, я пытался отделаться от этих мыслей.
– Что я должен сделать?
Риццо смотрит на меня сверху вниз.
– Вы должны будете сделать одно дело. Очень личное. Нужно найти одного человека. Нам нужно то, что он знает, а потом можешь и убить его.
Он достал из внутреннего кармана пиджака фотографию.
На фотографии был знакомый мне человек. На вид ему было больше сорока. На фотографии виднелись морщины. Лука Матео.
Я смотрю прямо в глаза Риццо:
– Это всё?
Марко наклонился ко мне и сказал на ухо:
– Это только начало. Докажите свою ценность, и вам воздастся.
Ризео выпрямляется и говорит:
– Надеюсь на наше сотрудничество, мистер Донато.
Я смотрю в спину Марко и мысленно говорю: «Merda (чёрт). Надеюсь, я не перейду ту грань, после которой нет возврата».
Встал и направился к машине, оставив недопитый кофе.
Я смотрел в окно на ночной город. В моей душе бушевала буря. Я готов на всё, чтобы отомстить Моретти. И эта готовность пугала меня больше всего.
Я осознаю, что мне придется доказать свою верность Моретти, и придется убить человека. Чудовище.
На кого я поменяюсь?
На что я готов, чтобы достичь желаемого?
Глава 22.
На следующий день штаб-квартира взорвалась. Стол, еще недавно заваленный картами и отчетами, превратился в арену.
– Ты с ума сошел, Донато! – Симоне, бледный как мел, метался по комнате, размахивая руками. – Риццо?! Внедрение?! Ты хоть понимаешь, что ты только что сделал?!
– Я ничего не сделал! – парировал я, чувствуя, как внутри закипает злость. – Я сделал то, что ты мне сказал! Это был план!
– План?! – перебил его Франческо, на этот раз не удерживая сигарету, а нервно теребя край своего пиджака. – План заключался в том, чтобы аккуратно разведывать, а не идти на поклон к псу Моретти в его логове! Ты ставишь на карту всё, Донато! Всех нас!
– Я рискую своей жизнью, как и вы все! – мой голос сорвался на крик. – Я действую так, как считаю необходимым, чтобы остановить Моретти. Se la tua scelta è aspettare il verdetto, vattene! (Если ваш выбор – ждать приговора, уходите!)
– Это не так просто, Донато! – Алессандро, обычно спокойный, сейчас стоял с каменным лицом. – Мы ввязались в эту игру вместе. Но твоя безрассудность может стоить нам всем свободы… или жизни.
– Безрассудность?! – я усмехнулся, хотя внутри всё сжималось от боли. – Я узнал, что Моретти готовит что-то грандиозное, и мне нужна была не просто слух, а прямая нить к деталям. Риццо – это прямой провод. Вы сами хотели, чтобы я использовал его же методы, но на более выгодных условиях!
– Но не настолько же! – вставила София, ее голос дрожал от усталости и шока. – Мы же договорились быть осторожными! Ты сказал, что хочешь избежать ненужного насилия! А теперь ты идешь на встречу с человеком, который, скорее всего, проведет для тебя «чистку»!
– Я не собираюсь убивать никого! – заявил я, хотя сам слышал, как неубедительно это звучит.
– Но ты допускаешь это! – прокричал Симоне. – Ты готов ступить на этот путь, чтобы добраться до Моретти! Готов стать тенью того, кого мы презираем!
– Я готов сделать всё, что потребуется, чтобы остановить его! – я смотрел каждому в глаза, пытаясь вложить в слова всю свою решимость. – Моретти убил мою семью, он разрушил жизни многих людей! Если для этого придется встать на скользкий путь, я сделаю это! Я не собираюсь быть наивным!
– Но ты не должен становиться монстром. – тихо промолвила Элеонора, ее голос был едва слышен. – Мы все должны помнить, ради чего мы это делаем. Не ради мести, а ради справедливости.
– Пока справедливость не придет, мы будем сражаться теми методами, которые у нас есть, Элеонора, – ответила Изабелла, медленно подходя ко мне.
– Спокойно, – в комнату вошел Лоренцо. Он выглядел так, будто ничего не заметил. – Донато поступил рискованно, это правда. Но он получил реакцию. Моретти знает, что кто-то действует. А значит, наш «актив» заинтересовал его правую руку. Это уже больше, чем мы имели.
– «Актив»? – переспросил я, чувствуя, как холодеет внутри.
– Да, – Лоренцо подошел к столу, на котором София выложила новые распечатки. – Вот. Риццо доставил в одну из своих «частных резиденций» человека. Адвокат. Тот, кого вы взяли во время операции против Энцо.
Я взял папку. Фотография мужчины лет сорока, с усталым, но умным лицом, привлекла мое внимание.